Мы решили пойти на шоу почти спонтанно. Маша утром сказала, что хочет чего-то живого, не кино и не ресторан. Я нашёл бурлеск в самом центре — небольшой зал, столики вплотную к сцене, обещали откровенные номера. Она надела короткую чёрную юбку и тонкую блузку без лифчика, я — тёмные джинсы и рубашку. Дошли пешком, взяли по бокалу шампанского и сели за свободный столик у сцены.
Почти сразу к соседнему столику подсели они. Мужчина — крепкий, плотный, лет под пятьдесят, с сединой на висках. Женщина — худая, жилистая блондинка в очень коротком платье. Сели так, что он оказался слева от Маши, а я справа.
Первые минуты все просто смотрели на сцену. Когда номер закончился и зал зааплодировал, блондинка повернулась к нам первой:
— Вы тоже первый раз здесь?
Маша улыбнулась:
— Да. Решили попробовать.
— Оля, — представилась она и кивнула на мужчину. — Это Виктор. Мы проездом.
— Олег, — ответил я. — Это Маша.
Виктор коротко кивнул, взгляд его на секунду задержался на Маше, потом вернулся к сцене.
— Приятно. Тут интереснее, чем кажется по афише.
Следующий номер начался — уже откровеннее. Оля снова повернулась, уже свободнее:
— Вам как? Не слишком открыто?
Маша ответила честно:
— Нет. Даже интересно. Просто непривычно так близко сидеть и смотреть.
Виктор чуть повернул голову к ней:
— Многим именно это и нравится. Когда не нужно делать вид, что ничего не замечаешь.
Маша слегка покраснела. Я положил руку ей на колено под столом. Она накрыла её своей.
Когда на сцене девушка уже была без верха, Виктор наклонился ближе к Маше и сказал тихо:
— Смотри, как она не стесняется. Тебе такое близко?
— Наверное... да. Когда сама выбираешь показывать или нет, — ответила она.
Его рука лежала на спинке её стула. Оля в какой-то момент встала, чтобы поправить платье, и, проходя за спинами, легко провела пальцами по моему плечу. Наклонилась и сказала тихо, только мне:
— Он всегда так смотрит, когда ему интересно. Тебе не мешает?
Я повернул голову. Она стояла совсем близко, бедро почти касалось моего плеча.
— Пока нет.
Она чуть усмехнулась и вернулась на своё место. А Виктор в это время уже снова наклонился к Маше, рука на спинке её стула.
К последнему номеру Виктор снова обратился к Маше уже прямее:
— А тебе самой нравится, когда на тебя смотрят вот так? Не на сцене — просто рядом.
Маша покусала губу, пальцы сжались на моей руке.
— Немного стыдно. Но... да, нравится.
Я сжал её колено чуть сильнее. Она не убрала ногу. Оля усмехнулась:
— Тогда нам повезло с соседями. Мы тоже любим, когда всё честно.
Виктор кивнул, взгляд его ещё раз медленно прошёл по Маше. Шоу заканчивалось, свет стал ярче, но между нами уже висело что-то плотное. Я чувствовал, как тяжелеет в штанах. Маша сидела между нами, красная, и не отодвигалась.
Свет в зале стал ярче, люди начали подниматься. Мы ещё сидели, допивая остатки. Виктор повернулся ко мне, уже без той полуулыбки, что была во время номеров.
— Мы тут проездом из Питера. Остановились в отеле в двух минутах. Если хотите — можем продолжить. Просто посидеть, выпить вина. Поделиться впечатлениями.
Оля добавила спокойно, глядя на меня:
— Закажем в номер. Вино и что-нибудь лёгкое. Будет тише.
Маша посмотрела на меня. Щёки всё ещё чуть красные, губы влажные. Она не сказала ничего вслух, только едва заметно кивнула. Я чувствовал, как у меня всё ещё тяжело в штанах после того, как он на неё смотрел весь вечер.
— Давайте, — ответил я.
Мы вышли. На улице было прохладно, Маша сразу взяла меня под руку. Оля без лишних слов взяла под
Однажды ночью