Я стоял у кофемашины в нашем опенспейсе и смотрел, как она танцует. Вчера был грандиозный корпоратив в честь десятилетия фирмы, снимали целый лофт в центре. Мы с Леной работаем в одном большом отделе закупок, просто в разных секторах. Для всех коллег мы просто идеальная пара, которая познакомилась прямо здесь, в этом офисе, пять лет назад.
Домашние обязанности всегда были на мне. Уборка, готовка, закупка продуктов. Лена — главный добытчик, у неё ответственная должность, высокий чек, постоянные переговоры. А я... я просто её обожал. С первого дня, как увидел в коридоре. Для меня она была богиней, сошедшей с подиума. Я называл её своей Королевой, носил на руках, целовал ноги по утрам, подавая кофе в постель.
И вот вчера я своими глазами увидел, как моя Королева стоит, опершись руками на подоконник в отдельной VIP-комнате лофта, а сзади её имеет наш новый финансовый директор, Кирилл. Статный, уверенный в себе, в дорогом костюме, который он даже не снял, только расстегнул брюки.
Я пошёл искать Лену, когда понял, что её нет среди танцующих. Коридор был пуст, все гуляли в основном зале. Дверь в VIP-кубрик была приоткрыта, и я услышал этот звук. Её тихий, сдавленный стон. Тот самый, который я ловил и боготворил в нашей спальне. Я не должен был смотреть, но ноги приросли к полу, а голова сама повернулась в щель.
Лена закусывала губу, её глаза были закрыты от удовольствия, а юбка была задрана до талии. Кирилл держал её за бёдра и двигался ритмично, грубо, жадно. Она не сопротивлялась. Она наслаждалась. Боже, как же она была прекрасна в этот момент. И как же чудовищно больно было мне.
Я не ворвался. Не стал бить стёкла. Я просто отошёл к стене, прислонился к ней спиной и стоял так, пока они не закончили. В машине по дороге домой я молчал, а она смотрела в окно. Я всё же решился сказать: «Я видел тебя с Кириллом».
Лена даже бровью не повела. Только поправила прядь волос, улыбнулась той самой своей снисходительной улыбкой, от которой у меня всегда подкашивались колени, и ответила: «Ну и что?»
Ночью я спал на диване. Дверь в спальню она закрыла. Но утром я всё равно встал, приготовил её любимые сырники с малиной и идеальный капучино. Так было всегда, так должно было быть и сегодня.
Спасибо, милый, — сказала она, выходя в своём шёлковом халате и садясь за стол.
— Я старался, любимая... — ответил я, чувствуя, как внутри всё сжимается.
— Старался. Любимая. Приятно слышать, что ты отошёл от вчерашнего и не дуешься.
— Лена, прости, но мне всё ещё... больно. Я пытаюсь, но не могу сделать вид, что ничего не было.
— А кто тебя просит делать вид? Я прошу тебя просто принять это как факт. Мы же с самого начала договаривались.
— Но я думал... — я запнулся, — я думал, это была просто игра. Красивые слова. Я стоял перед тобой на колене, клялся в любви и обещал не ревновать, но я же не думал, что это случится на самом деле.
— Напрасно не думал. Я всегда была честна с тобой. Я говорила, что мир велик, и в нём много интересных мужчин. Ты хотел быть со мной, зная это. Ты выбрал эти правила. Если сейчас они тебя не устраивают — дверь открыта.
Я рухнул перед ней на колени, прямо на пол в кухне.
— Не говори так! Моя жизнь без тебя просто остановится. Ты же знаешь, как я тебя люблю!
— Знаю. — она отпила кофе, глядя на меня сверху вниз
В сухую