Отец Юры не обманул: вечером ей пришло сообщение с фотографией. Парень сделал на компьютере цветокоррекцию, поиграл с балансом белого, подретушировал мелкие огрехи. Результат оказался на столько хорош, что после кратких колебаний, учительница заменила этим изображением аватарки во всех своих соцсетях.
В школе же установилось что-то похожее на шаткий мир: Наталья Сергеевна Юру игнорировала, старательно избегая встречаться с ними глазами, а он, в свою очередь, не вёл себя вызывающе. Впрочем, его взгляд она чувствовала на себе довольно часто, слегка краснея от этого. Смешно? Может быть. Но факт. Этот странный юноша (называть его даже про себя мальчиком, подростком или пацаном больше не получалось, даже про себя) одним взглядом делал с ней то, что не получалось никакими средствами у взрослых мужчин. Бывало заметив, что Юра включил камеру на телефоне, девушка старалась, как будто невзначай занять выгодную позу, поправляла высокую крупную грудь или встряхивала кудряшки. Разговаривать они не разговаривали – к доске его она не решалась вызвать, отвечать с места он тоже не рвался. Лишь иногда от него прилетали фотки в ВК, всегда оставаясь без ответа.
В конце учебного года Наталья Сергеевна забеременела, и в конце августа ушла в декрет. Случилось это неожиданно, даже случайно, однако помня о двух своих неудачных попытках выносить ребёнка, Наталья поистерила, но бремя сохранила. Жила она достаточно далеко от школы, и странноватый флирт с пятиклассником как-то забылся. Задвинулся куда-то в дальний чулан памяти.
Всё изменилось через три с мелочью года. Вытаскивая из поликлиники коляску с маленьким Марком, она услышала женский голос:
– Здравствуйте, Наталья Сергеевна!
Обернувшись, она увидела Дашу Тельканову, ученицу пятого «А», в котором учился Стеклов. Впрочем, почему пятого? Прикинув в уме, она получила уже конец восьмого! Державшего её за руку молодого человека она вначале вообще не узнала. Пока не встретилась с ними глазами. Синие глаза, цвета Чёрного моря, с насмешливыми искорками в углах, как и в первый раз, вызвали ощущение удара пыльным мешком по затылку. Только в этот раз к нему прибавилось тепло внизу живота, и явственное ощущение горячей сырости в трусиках. Юра вырос. Сильно вытянулся вверх, раздался в плечах, с лица ушла детская припухлость, подбородок очертился гранитом, а облегающая футболка проявила рельеф на груди и животе. «Отомри!» – мигнули его глаза.
– Здравствуйте, – слегка заторможено и чуть заикнувшись, ответила она.
– А когда вы вернётесь в школу? Мы по вам скучали! – непонятно чему обрадовавшись, быстро затараторила ученица. То ли подмазаться хотела, то ли и в правду – фрау Вольф не такой уж и плохой учитель. – Какой милый малыш! Как зовут?
– Во-первых, не «по вам», а «по вас», – с трудом приходя в себя, медленно, но строго, ответила Наталья. – А во вторых, когда вернусь – тогда вернусь. Я ещё не догуляла декрет. А в-третьих, помогите мне коляску с Марком по лестнице спустить.
– Ой, мы сейчас! – Даша рванула вперёд, но была мягко остановлена и отстранена Юрой.
Он поднялся по лестнице, поравнявшись ростом с учительницей, стоявшей ступенькой выше, присел, мягко поднял коляску вместе с ребёнком и спустился по лестнице вниз. Наталья Сергеевна спешила за ним, ругая про себя администрацию города за отсутствие у высокого крыльца нормального пандуса. Когда Юрий поставил коляску на асфальт, их руки соприкоснулись, а взгляды встретились. Только теперь между лицами было десять сантиметров, а не десять метров. Наталью ударила молния. Фигурально, но от этого не менее сильно. Синева его глаз застила Вселенную, включила таймер, начался обратный отсчёт. Сколько на нём осталось Наташа не знала, но с абсолютной
ПОД ФАТОЙ