за Сергея. За унижение перед гостями. За приказ вылизывать ее. За Юлю. За то, что она есть. За то, что она моя Госпожа.
— Хороший мальчик, — она провела пальцами по моим волосам. — Мой хороший, послушный мальчик. Ты сегодня превзошел себя. И хозяйка довольна. Поэтому... — Она слегка отстранилась. — Ложись на спину. И жди.
Я послушно лег. Она исчезла в ванной. Я слышал шум воды. Ждал, глядя в потолок, член болезненно пульсировал. Что она задумала? Очистить себя от меня? После того, как я уже вылизал Сергея?
Она вернулась. В руках у нее была небольшая бутылочка масла. Она подошла к кровати, ее глаза горели в полумраке.
— Я знаю, как ты хочешь меня, Андрюша. Знаю, как ты мечтаешь войти в меня. Но твое место... другое. Сегодня ты заслужил награду. Но награда будет... на моих условиях. — Она открыла бутылочку, вылила ароматное масло себе на ладонь. — Подними ноги. Согни в коленях. Разведи в стороны.
Сердце упало, потом забилось с бешеной силой. Я понял. Я послушно поднял ноги, согнул их в коленях, развел в стороны, обнажая себя полностью перед ней. Поза полной уязвимости, подчинения.
— Да, вот так, — она улыбнулась, видя мой испуг и возбуждение. — Хозяйка хочет поиграть. С твоей попкой. Расслабься. Доверься.
Ее маслянистые пальцы коснулись моего ануса. Я вздрогнул всем телом. Никогда... никогда раньше... Это было за гранью даже моих самых потаенных фантазий.
— Шшш... — она приложила палец к моим губам. — Не бойся. Хозяйке нравится. И тебе... тебе тоже понравится. Скоро. Расслабься.
Ее палец, нежный и настойчивый, начал массировать тугой мышечный узел, смазывая его маслом. Было странно. Непривычно. Но не больно. Ее прикосновения были уверенными, властными. Она знала, что делает. Постепенно мышцы расслабились под ее пальцами. Она ввела кончик пальца внутрь. Ощущение было невероятным – интимным, запретным, глубоко унизительным и... невыразимо возбуждающим. Я застонал.
— Да... вот так... — шептала Лена, медленно двигая пальцем внутри меня. — Ты принимаешь хозяйку... всюду. Правда, милый? И здесь тоже. Ты мой. Весь. Каждая дырочка. Каждая клеточка.
Она добавила еще масла, ввела второй палец. Растяжение было шире, глубже. Ощущение заполненности, подчинения, проникновения ее власти в самое сокровенное. Я зажмурился, стонал, бедра сами собой двигались навстречу ее пальцам. Возбуждение достигло невиданной силы. Член стоял как каменный, предсеменная жидкость капала на живот.
— Хочешь кончить, собачка? — ее голос звучал как колокольчик ада. — Хочешь, чтобы хозяйка позволила тебе кончить? От ее пальцев в твоей грязной дырочке?
— Тогда кончай! — скомандовала она, ускоряя движения пальцев внутри меня, ее большой палец надавил на промежность. — Кончай, как сучка! Кончай для хозяйки! Сейчас!
Волна оргазма накрыла меня с невероятной силой. Это не было похоже на обычную эякуляцию. Это было извержение всего тела, всего существа, спровоцированное невыносимым сочетанием боли, унижения, подчинения и ее абсолютной власти. Я кричал, дергаясь в конвульсиях, сперма била фонтаном, заляпывая грудь, живот. Ее пальцы продолжали двигаться внутри меня, продлевая спазмы, выжимая последние капли.
Когда все закончилось, я лежал, обессиленный, дрожащий, покрытый потом и своей спермой. Лена медленно вынула пальцы. Она посмотрела на них, потом на меня. В ее глазах было удовлетворение творца, наслаждение демиурга, слепившего свою реальность по своему усмотрению.
— Видишь? — она прошептала, облизывая свои маслянистые пальцы с каким-то странным, почти нежным выражением. — Я знаю тебя лучше, чем ты сам. Я знаю, как заставить твое тело петь мою песню. Даже там... где ты сам боялся заглянуть. — Она наклонилась, поцеловала меня в лоб.
АЛЕНА. ВТРОЕМ.