нога небрежно уперлась в мое колено под столом. — Видел Юлю?
— Нет, госпожа. Еще не приходила.
— Придет. Сегодня важный день. — В ее глазах промелькнуло знакомое пламя – пламя хищницы, затевающей охоту. — Для нее. И для тебя.
Меня пронзил холодок предвкушения, смешанного со страхом. "Важный день" в лексиконе Лены редко сулил что-то простое. Юля с тех пор первой "пробы пера" стала частой гостьей в нашем доме. Их дружба переросла в нечто большее – в ученичество. Лена, как опытный скульптор, лепила из впечатлительной рыжей девушки свою копию, только более дерзкую, менее обремененную условностями. Юля жадно впитывала уроки власти, экспериментируя со мной, как с живой игрушкой, под чутким руководством госпожи. И я... я был полигоном. Свидетелем. Соучастником ее трансформации из смущенной девушки в уверенную, жестокую соблазнительницу.
Юля ворвалась в кафе, как вихрь. Высокая, рыжая, в обтягивающем черном спортивном костюме, подчеркивавшем ее атлетичную фигуру. Ее веснушчатое лицо сияло возбуждением.
— Все готово! — выпалила она, едва сдерживаясь, чтобы не прыгать на месте. — Как ты и сказала! Он приедет!
Лена улыбнулась, довольная. Она взяла последний глоток кофе.
— Идеально. Андрей, ты идешь с нами.
— Куда? — спросил я, хотя знал, что вопрос риторический. Мое мнение не учитывалось.
— На экзамен, глупенький, — ответила Юля, ее голубые глаза сверкнули озорством и... чем-то жестким. — Экзамен для меня. И шоу для тебя. Вставай.
Мы вышли на палящее солнце. Лена села за руль своего мощного внедорожника, я – на пассажирское сиденье, Юля – сзади. Машина рванула с места. Музыка – тяжелый, давящий электронный бит – заполнила салон. Никто не разговаривал. Напряжение висело в воздухе, густое, сладкое и опасное. Я ловил взгляд Юли в зеркале заднего вида. Она не отводила глаз, ее выражение было сосредоточенным, как у хирурга перед операцией. Лена вела машину уверенно, ее профиль был спокоен, лишь уголки губ чуть подрагивали в такт музыке.
Мы приехали в новый, элитный жилой комплекс на окраине города. Консьерж почтительно кивнул Лене – она явно была здесь своей. Лифт умчал нас на самый верхний этаж. Пентхаус. Дверь открыл сам хозяин.
— Леночка! Наконец-то! — Он был немолод, подтянут, в дорогом шелковом халате, с сединой на висках и глазами, которые мгновенно, как сканеры, оценили Лену, Юлю и... скользнули по мне с легким недоумением. — И гости! Заходите!
— Виктор Петрович, это Юля, о которой я говорила, — представила Лена, входя в просторную, залитую светом гостиную с панорамными окнами. — А это Андрей, мой муж. Он... будет помогать.
Виктор Петрович кивнул, его взгляд еще раз пробежал по мне, задержавшись на слишком коротких шортах. В его глазах читалось: "Помогать? В чем?" Но он был слишком воспитан, чтобы спрашивать.
— Рад знакомству. Проходите, располагайтесь. Вина? Коньяк?
— Позже, Виктор, — Лена улыбнулась своей ледяной, небрежной улыбкой. Она сбросила легкую куртку, оставаясь в спортивном топике и шортах, подчеркивавших ее совершенные формы. — Сначала... дело. Юля, готова?
Юля вышла вперед. Ее возбуждение было почти физически ощутимо. Она сбросила спортивную куртку, оставаясь в обтягивающем топе. Ее тело, вылепленное часами в зале под присмотром Лены, было шедевром – сильным, гибким, соблазнительным.
— Готова, — ответила она, и в ее голосе не было ни тени сомнения.
— Отлично, — Лена повернулась к Виктору Петровичу. — Виктор, ты помнишь наши условия? Юля – восходящая звезда. Талант невероятный. Но ей нужен... особый подход. И особый стимул. Ты согласен быть ее... первым серьезным ценителем? В прямом смысле.
Старик замер. Его взгляд метнулся от Лены к Юле, потом ко мне. Понимание, смешанное с вожделением и осторожностью, медленно проступало
Однажды в Мурманске