сжалось в одну пылающую похотью точку. Легкими круговыми движениями я массировал клитор между раскрывающимися передо мной бедрами. Потом чуть более сильные и уверенные нажатия. Я чередовал их с поглаживаниями мокрых губок, чувствуя, как они набухают под моими пальцами. Иришка откинула голову на подушку, её стоны становились громче и отрывистее. Юное тело ерзала подо мной, руки бесцельно скользили по простыне, сжимаясь в кулачки. Я чувствовал, как её интимные мышцы начали периодически сокращаться вокруг моего пальца, который я осторожно ввел внутрь, всего на одну фалангу.
— Макс… я почти… — она задыхалась, превращая тело в подобие натянутой струны. — Сейчас! Еще чуть-чуть!
Я ускорил движения пальца на клиторе, одновременно чуть глубже вводя его внутрь. И тут девушку накрыло стремительным яростным цунами. Её крик перерастал в рычание. Не в силах больше сдерживаться, гостья затряслась в конвульсиях удовольствия, бедра с силой сомкнулись, подчиняясь инстинкту. Я чувствовал, как её влага щедро орошает мои пальцы, как судорожно сжимаются стенки влагалища. Это было дико! Первобытно, завораживающе и невероятно красиво. Моя маленькая ученица оказалась способной на такие мощные, неконтролируемые разряды от которых у меня самого перехватывало дыхание.
Когда спазмы стали стихать, она обмякла тяжело дыша. Взгляд её был расфокусированным, полным блаженной отрешенности. Я осторожно вынул пальцы, поднес их к своим губам и продегустировал капельки её сладковато-терпкого нектара. Хотя, кажется, эта деталь ускользнула от внимания девушки.
— Урок усвоен на отлично, — прошептал я, целуя её влажный лоб. — Ты невероятная.
Она слабо улыбнулась, еще не в силах говорить, и потянулась ко мне для поцелуя. Её губы были горячими и немного сухими. Она жадно исследовала мой рот своим язычком, а рука потянулась вниз, к моим боксерам, к тому самому месту, где напряженный член уже рвался наружу, не в силах больше терпеть непрекращающиеся ласки.
— Теперь моя очередь, да, учитель? — прошептала она, разрывая поцелуй, и в её глазах зажегся тот самый хитрющий огонек. Её пальцы нащупали пульсирующий стержень под тканью нижнего белья.
— Я хочу попробовать то, что ты показал вчера… можно мне?
Я только застонал в ответ, когда маленькая, но удивительно уверенная рука проникла под резинку боксеров и обхватила меня. Думаю этого ей показалось достаточно в качестве моего ответа.
Цепкие пальчики стянули ниже на бедра мои темные-синие трусы. Утренний воздух прохладой коснулся пышущей жаром кожи, но это мгновенное облегчение сменилось новым витком напряжения, когда она уверенно обхватила ладошкой мой ствол. Бесовка хорошо усвоила вчерашний урок. Движения были еще немного неуверенными, но уже не робкими. Она поглаживала меня сверху вниз, изучая каждую выпуклость вен, каждую реакцию моей плоти на её прикосновения. Я откинул голову на подушку и стиснул зубы, чтобы не застонать слишком громко от запредельной чувствительности.
— Вот так… — прошептала она, больше себе, чем мне, сосредоточенно наблюдая, как член пульсирует в её руке. — Ты такой… горячий… и твердый… как камень.
Она подняла на меня взгляд своих сияющих глаз и мне открылся азарт первооткрывателя, смешанный с искоркой вчерашней "развратницы".
— Ириш… подожди… — я попытался приподняться на локтях, пока волна, что нарастает слишком быстро, не настигла меня. Я хотел продлить эти чувства, насладиться её сладкими попытками. — Лапочка, я сейчас… я совсем близко…
Я знал, что не смогу сдерживаться долго, если она и дальше будет действовать так уверенно. Но Ирочка только лукаво улыбнулась уголком рта и, блеснув прищуренными глазками, продолжила терзать меня.
— Понимаю, — кивала она, но её рука не остановливалась. Наоборот. Она наклонилась ниже, и теплое дыхание коснулось головки. — Но я хочу попробовать всё…
Измена любимой на турбазе