Макс, наблюдавший за этой комедией, покачал головой. «Дешёвый трюк», — подумал он, но где-то внутри почувствовал укол зависти.
После завтрака – овсянки, похожей на клейстер, и компота с мясной добавкой в виде мух – Макс увидел как вожатая тащит ворох спортивного инвентаря в свою комнату.
— Давай помогу! ? — спросил он у Иры, стараясь выглядеть как можно более невинно.
Та хмыкнула, и кивнула.
Вожатская оказалась крохотной комнатушкой с двумя кроватями, заваленными вещами, и столом, заваленным бумагами. На тумбочке у окна стояла фотография в простенькой рамке.
Макс подошёл ближе.
На снимке – Герман и Ирина. Он – в парадном костюме, она – в белом платье и с букетом полевых цветов. Они стояли у озера, обнявшись, и улыбались. Но что-то в этой улыбке Ирины было… странным. Каким-то натянутым.
— Что-то ищешь?
Голос за спиной заставил его вздрогнуть. Ирина стояла в дверях, скрестив руки на груди.
— Да нет, просто… — Макс поспешно отступил от тумбочки. — Хотел спросить, куда эти коробки поставить.
Она молча указала на шкаф, и он поставил их туда, чувствуя, как её взгляд сверлит ему спину.
—А ты играешь на гитаре? — вдруг спросила она.
— Немного.
— А на губной гармошке у тебя хорошо получается.
Макс обернулся. Она смотрела на него с лёгким любопытством.
— Спасибо.
— Можешь вечером подойти. Поиграем ещё.
Он кивнул, но прежде чем он успел что-то ответить, в дверях появился Герман.
— Ира, тебя ждут.
В его голосе звучало спокойствие, но в глазах читалось предупреждение.
Ирина вздохнула и вышла.
Макс остался один, но в голове уже заиграла мелодия.
Спортзал, украшенный гирляндами и бумажными звёздами, гудел от грохочущей музыки. Подростки робко жались к стенам, стесняясь танцевать, а Ирина, стоя у колонок, чувствовала ритм, слегка покачиваясь в такт.
Артур, не теряя времени, подскочил к ней.
— Ну что, потанцуем?
Она засмеялась.
— Ты уверен, что потянешь?
— Как никогда!
Она взяла его за руку, и они вышли на середину зала.
Макс наблюдал за ними из тени. Артур пытался изобразить нечто танцевальное, но больше напоминал раненого журавля. Ирина смеялась, но в её глазах не было того огня, что горел вчера у костра.
И вдруг появился Герман.
Он шагнул между ними, грубо оттолкнув Артура.
— Моя очередь.
Музыка сменилась на медленную, и он притянул Ирину к себе. Она не сопротивлялась, но её тело стало напряжённым, как натянутая струна.
Макс видел, как её пальцы сжались на плече Германа – не в страсти, а словно пытаясь оттолкнуть его.
Он не выдержал.
— Эй, можно к вам? — крикнул он, подходя ближе.
Герман нахмурился, но Ирина улыбнулась.
— Конечно.
И вот они уже втроём, словно странная цепочка, кружатся под музыку. Артур, не желая отставать, втиснулся между ними, и теперь все четверо двигались в такт, смеясь над абсурдностью ситуации.
Но когда Макс случайно встретился взглядом с Ириной, он увидел в её глазах благодарность.
Дискотека закончилась так же внезапно, как и началась – колонки захрипели, выплюнув в темноту последние аккорды, и спортзал погрузился в тишину, нарушаемую лишь шуршанием ног по грязному полу. Уставшие, но возбуждённые ребята потянулись к выходу, перешёптываясь и смеясь.
Макс задержался у двери, наблюдая, как раскрасневшийся и довольный Артур пытается уговорить Ирину пойти «погулять», но та лишь отмахивается, устало улыбаясь:
— Спать, Артур. Завтра подъём в семь.
Она потянулась, и лунный свет скользнул по её шее, очертив хрупкую линию ключицы. Макс отвернулся – слишком откровенно было бы смотреть.
— Эй. — Ирина вдруг оказалась рядом, её плечо почти касалось его. — Ты же обещал сыграть.
Он удивлённо вскинул бровь:
— Сейчас?
— Ну да. Ночь, тишина… идеально.
Она уже шла к выходу, не оставляя ему выбора. Макс бросил взгляд на
КАРЬЕРИСТ