а каждый шаг отдавался тупой болью внизу живота. Её взгляд был прикован к земле, в котором то и время попадался раздутый, покачивающийся живот, который, казалось, вот-вот лопнет от переполнявшей его конской спермы. С каждым движением из её промежности сочилась густая, вязкая смесь, оставляя за собой влажный след на грязи.
Груди Марины колыхались при каждом тяжёлом вздохе, соски торчали, затвердев от холодного ночного воздуха. Волосы, мокрые и спутанные, липли к плечам, а лицо было бледным, как у призрака, с застывшим в глазах выражением шока и неверия. Она плелась вперёд, будто во сне, разум всё ещё отказывался принимать то, что с ней сотворили. В то время как ветер, лизал её голые бёдра, пробираясь к развороченной пизде, отчего она невольно вздрагивала.
Добравшись до дома, Марина, замерив у двери, прислушалась к тишине. Дед, как обычно, где-то напился с дружками и не вернётся до утра. Она осторожно проскользнула внутрь, стараясь не нарушить тишину, но каждый шаг выдавал её: из развороченной пизды доносилось влажное, непристойное хлюпанье, эхом разносившееся по пустому дому. Грязные шорты и трусики, пропитанные её выделениями, продолжали волочиться за ней, как грязные половые тряпки.
В спальне закрыв дверь, она прислонилась к ней спиной. Сердце колотилось, дыхание срывалось, а тело дрожало от смеси боли и эмоций. Медленно, словно боясь увидеть правду, Марина подошла к большому зеркалу у шкафа, рядом у кровати. С широко раскрытыми глазами, полными недоумения и ужаса, она уставилась на своё отражение. Это была не она. Не та стройная, невинная девчонка, которой она была всего несколько часов назад.
Её живот сильно раздулся, как будто она была на пятом месяце беременности, а область вокруг пупка посинела, словно один огромный синяк. Создавалось впечатление, что её использовали как боксёрскую грушу. Но хуже всего была её промежность. Её малые половые губы вылезли наружу и свисали, как сдутые воздушные шарики, а клитор был опухшим и фиолетовым. Вид её опустошённого влагалища вызвал у неё тошноту.
Всё ещё не веря в происходящее, Марина присела на край кровати, широко раздвинув ноги, чтобы лучше рассмотреть свою промежность. Её некогда узкая, красивая и девственная киска, предмет стольких запретных фантазий, теперь представляла собой огромный тёмный туннель, растянутую и покрытую синяками от безжалостных проникновений массивных лошадиных членов. Она смотрела на это, как на кадр из какого-то больного порно, не в силах поверить, что это её тело.
Пальцы Марины дрожали, когда она потянулась вниз, чтобы коснуться своего зияющего отверстия. Кожа вокруг её входа покраснела и опухла, а мышцы внутри подергивались и сокращались от последствий жестокого изнасилования. Она чувствовала, как липкие остатки лошадиной спермы подсыхают на её внутренних стенках, и когда раздвинула половые губы, то смогла увидеть очертания своей матки. Слегка выступающая над остальными стенками влагалища, она наблюдала, как из опухшего отверстия вытекает свежая, но странно густая коричневатая струйка, капая на простыни.
Её отражение в зеркале, казалось, замерло в немом ужасе, пока она погружала палец в свою зияющую скважину, ощущая шершавую текстуру собственной плоти. Ощущение было такое, будто она касалась совершенно незнакомого человека, её тело словно было подвергнуто такому сильному насилию, что она сама уже не осознавала его.
Поднеся покрытые липкой смесью пальцы к носу, она с криком отвращения отвернулась. Всё её тело дрожало, а к горлу подступала новая волна тошноты, когда она поняла, что коричневатая слизь, вытекающая из матки и покрывающая стенки влагалища, была смесью её кала.
Внезапно до неё дошло, откуда исходит этот странный запах. Эти проклятые кони утрамбовали её влагалище не только литрами спермы, но и её же экскрементами!
Удачная поездка за грибами