момент, когда мир только начал возвращаться в фокус, за окном послышался знакомый звук двигателя и щелчок двери. Ее глаза расширились от ужаса. Это была машина ее мужа. Он привез их младшую дочку из школы раньше времени.
— Боже... Аня... — она вскочила на ноги, поспешно поправляя платье и проводя рукой по губам. Ее лицо было бледным. — Он... он зайдет сюда?
— Нет, — я попытался взять себя в руки, сердце колотилось как сумасшедшее. — Они зайдут в ее кабинет через главный вход.
Мы слушали, как шаги доносились из коридора, приближались... и прошли мимо. Валя выдохнула, но паника не отпускала. Мы вышли из моего кабинета, стараясь выглядеть непринужденно, и столкнулись с ними прямо в холле. Муж, их маленькая дочь, держащаяся за его руку, и мы — с только что пережитым секретом, горящим в крови.
— Валя! Вот ты где, — улыбнулся муж. — Заехали, решили тебя забрать.
Она подошла к нему, и тут сработал чистый, животный инстинкт. В состоянии шока, стресса и остаточного возбуждения, на автопилоте, желая доказать нормальность, она потянулась к нему и поцеловала. В губы. Быстро, но влажно.
Она отпрянула, и в ее глазах читался настоящий ужас. Она поняла свою ошибку мгновенно. Ее губы только что были там, где была я, и теперь она перенесла этот след на него.
Муж на мгновение замер, удивленно моргнув.
— Что-то случилось? — спросил он, глядя на нее с легким недоумением.
— Нет! Нет, все хорошо, — она засмеялась неестественно высоким, нервным смехом. — Просто... рада тебя видеть. Пойдемте, я быстро соберусь.
Она почти побежала в свой кабинет, уводя за собой семью. Ее взгляд, полный отчаяния и извинений, мельком встретился с моим на прощание.
Вечер. Переписка, полкая паранойи и новой одержимости.
Она (22:15): «Он ничего не сказал. Но весь вечер казался задумчивым. Я сходила с ума. Я чувствовала твой вкус на своих губах, когда целовала его. Это было самое ужасное и самое возбуждающее ощущение в моей жизни.»
Я (22:17): «А я видел это. И видел твой взгляд. Ты чуть не выдала нас одним поцелуем. Это был ад и рай одновременно.»
Она (22:20): «Мы не можем больше так рисковать. Это безумие.»
Но на следующее утро, в моем телефоне, пришло другое сообщение. К старой страсти добавилась новая, извращенная одержимость — желание запечатлеть наше падение.
Я (10:01): «У меня к тебе просьба. Необычная.»
Она (10:03): «Какая?»
*Я (10:04): «Я хочу тебя сфотографировать. Такую, как вчера. На коленях. Чтобы у меня было что-то твое. На память.»*
Пауза была долгой. Я почти ощущал ее колебания по ту сторону экрана.
Она (10:11): «Это опасно.»
Я (10:12): «Я знаю. Как и все, что между нами. Я буду осторожен. Удалю сразу после. Это только для меня. Чтобы помнить.»
Еще одна пауза.
Она (10:15): «Хорошо. В следующий раз. Но только если ты обещаешь... что это только для тебя.»
Итак, игра вышла на новый уровень. Теперь нашей страсти было мало простого риска. Нам нужны были трофеи. Доказательства. Я начал коллекционировать моменты нашего безумия, а она, подчиняясь новой форме интимности, соглашалась стать моей моделью. Каждый щелчок затвора был одновременно актом обладания и закладкой новой бомбы под наше общее будущее. Мы больше не просто играли с огнем. Мы начали собирать его в запас, не думая о том, что однажды он может спалить нас дотла.
Глава 7. Игра в тени дома
Идея пришла к Валентине внезапно, как озарение. Старый компьютер в их спальне действительно начал сбоить — он медленно загружался, иногда выдавая синий экран. Идеальный предлог.
Она подошла к мужу, когда он смотрел телевизор.
— Дорогой, — начала она осторожно, — мой компьютер
Жены 5