Вика взяла его руку, прижала к щеке. "Хватит". Голос её дрогнул. "Не приходи больше. Не надо". Кирилл замер. "Почему?" Она отвела глаза к окну, где мартовский ветер гнал последний снег. "Потому что я не хочу, чтобы ты запомнил меня... развалиной. А так..." Она сжала его пальцы. "Так ты запомнишь ветер. Кофе. И то дерево". Он молчал минуту. Потом наклонился и поцеловал её в лоб — долго, нежно. "Нет", сказал он твёрдо. "Я запомню тебя живой. До конца". Вика закрыла глаза, почувствовав слезу на ресницах. Она сдалась. Не после того, что было. Не могла.
Они снова в сквере. Апрельский воздух пах талым снегом и почками. Вика прислонилась к холодной стене трансформаторной будки, её пальцы дрожали, когда она расстегнула его ширинку. "Кирилл... я всегда хотела попробовать. Там". Её голос был хриплым, но твёрдым. Он замер, рука на её бедре застыла. "Вик... ты уверена? Это может быть..." Она перебила его поцелуем — резким, требовательным. "Прошу. Хочу всё. Даже это". Он видел в её тёмных глазах не страх, а жажду жизни, острую как игла. Сомнения утонули в этом взгляде. "Хорошо", прошептал он, роняя поцелуй ей на шею. "Но скажи, если больно". Она кивнула, её дыхание участилось.
Они купили смазку в крошечном секс-шопе за углом — флакон с яркой этикеткой "Анальная гель-смазка на водной основе". Вика смеялась тихо, пряча его в карман куртки: "Как будто студенты..." В тени гаража Кирилл выдавил холодную прозрачную массу на пальцы. Его движения были медленными, осторожными — сначала один палец, круговые движения у входа, потом глубже. Вика впилась лицом в его плечо, сдерживая стон. "Не бойся", шептал он, целуя её висок. "Расслабься". Она выдохнула дрожью, её тело приняло его. "Теперь... войди. Пожалуйста". Он нанёс смазку на свой член — толстый слой, скользкий и холодный. Вошёл медленно, миллиметр за миллиметром, чувствуя, как её тело сопротивляется, затем принимает. "Боже..." — вырвалось у неё, когда он заполнил её полностью. Тепло, теснота, незнакомая полнота. "Хорошо?" — он замер, боясь пошевелиться. Она кивнула, её пальцы впились ему в спину. "Да. Но... не будь нежным. Возьми меня. Грубо. Чтобы я ни на йоту не сомневалась, что принадлежу тебе".
Его сомнения испарились. Он вытащил почти до конца и вошёл резко, глубоко, выбивая из неё крик. Толчки стали сильнее, быстрее, её тело прижималось к холодному металлу гаража с каждым толчком. Он держал её за бедра, поднимая выше, меняя угол, входя глубже, чем она думала возможным. Боль смешивалась с невероятным, почти невыносимым наслаждением, с чувством полного подчинения. "Да... вот так... Волчище..." — её голос был хриплым, прерываемым стонами. Она чувствовала его силу, его власть над ней в каждом движении, в каждом жгучем толчке, заполнявшем её тесноту до предела. Это была не нежность, а обладание — грубое, животное, подтверждающее её жизнь здесь и сейчас.
Он кончил долгой пульсацией глубоко внутри, но не остановился. Его пальцы впились в её ягодицы, он продолжал двигаться, трахая её с той же яростной силой, хотя его член уже начал смягчаться. "Кирилл..." — хрипло прошептала Вика, её голос был сдавленным, почти воющим. Она обвисла у него на руках, ноги подкосились, превратившись в бессильные плети. Только тогда он замер, резко вытащив член из неё. Её тело сползло вниз, он успел подхватить её под колени и спину, не дав упасть на асфальт. Вика прислонилась лбом к его плечу, дрожа всем телом, её дыхание — прерывистое, хрипящее. Он чувствовал влагу между её ног — смесь смазки и его спермы — и холодный пот
Волшебный браслет или новые приключения Лины.(по мотивам повести К.Булычева "Каникулы в космосе или планета 5-4"),и "Ветры Империи"