нас нет средств для лечения этих ран. Они не проживут долго, — трезво доложила Гилин. - Атея, я поговорила со своим кланом и семьей. Я больше не могу ими руководить. Инерка станет нашим матриархом. Накажи меня, как считаешь нужным.
— А за что я должна тебя наказать? — спросила Атея.
— Я предала тебя перед лицом наших врагов. Я опозорила свою семью и клан, — с тоской вздохнула Гилин.
Атея фыркнула, и этот вульгарный звук нарушил торжественность момента.
— У тебя нет того, что нужно, чтобы предать меня. Ты слегка опоздала, но все же была гораздо быстрее, чем я ожидала. Только Хассика и амазонки были быстрее, но они кровожадны и безжалостны в бою с мужчинами, так что это тоже не было сюрпризом, — сухо заявила Атея.
Теперь настала очередь Хассики и Нируми фыркнуть.
— Я подвела тебя, Атея. Я подвела тебя, мой клан и мою семью, и подвела с треском. Я знала все, что нужно было знать, и все равно подвела. Я не хотела следовать за тобой в эту битву. Я боялась за само выживание моей семьи. Я не верила, что у нас есть шанс выжить, сражаясь с таким превосходством. Но то, что произошло потом, то, что ты сделала, чтобы победить наших врагов, испугало меня еще больше, — сказала Гилин.
— Разве не поэтому ты, Сахейн и Синхейд хотели, чтобы я стала Верховным Защитником ваших кланов? — спросила Атея.
Гиллин подняла голову и посмотрела на Атею. - Я не так умна, как всегда думала. Я была уверена, что ты убьешь меня за мою трусость. - Она вздохнула. - Инерка сказала мне не волноваться. Поцелуй ее милую попку, и она простит нас всех, сказала она. Инерка действительно должна возглавить нашу семью, она понимает гораздо лучше, чем я, похоже.
— Может быть, и так, но я в этом сомневаюсь. Инерке не нужно понимать, она верит. В любом случае, это спорный вопрос, вы обе находитесь именно там, где я хочу, чтобы вы были, — ответила Атея, а затем посмотрела на восточный горизонт, где первые лучи нового дня освещали небо. Солнце уже почти взошло. - Мне нужно идти туда, где я должна быть. Уберите этот беспорядок, это будет достаточным наказанием, — закончила она.
Атея села на лошадь.
— Ты пойдешь со мной, сестренка. Возьми всех своих верных стражей, а я возьму своих, они нам могут понадобиться, — сказала Атея и протянула руку Мендже. - Мы едем на запад, чтобы вернуть твоего папу.
Дженайя побежала, и бежала быстро, очень быстро. Когда она подошла ближе и смогла видеть более отчетливо, она замедлила бег и остановилась. По пути она миновала множество теней, тысячи теней, и теперь многие из них окружали ее. Но тот, за кем она пришла, не был тенью. Робан, ее отец, был сферой тьмы в этом царстве теней. Находясь так близко к нему, она ясно слышала звук, который услышала ранее. Это была мелодия, прекрасная и пугающая мелодия. Но Дженайя не боялась. Она увидела сферу тьмы и услышала мелодию, и впервые, окруженная тенями и тьмой, почувствовала себя в безопасности. Затем она услышала, как он поет под мелодию, и он пел ее имя.
— Привет, Дженайя.
Она почувствовала слезы на коже, когда услышала свое имя.
— Странно встретить тебя здесь, где бы то ни было.
Теперь его пение звучало как смех, такой же красивый и пугающий, как и сопровождающая его мелодия.
— Но всегда приятно тебя видеть. Ты в порядке? Ты выглядишь немного взволнованной?
Дженайя все еще плакала, но теперь она тоже смеялась. Она могла
Нежность её рук.