Я ускорилась — губы скользили быстрее, язык работал активнее, слюна хлюпала, стекала по стволу, капала на пол.
Я подняла глаза впервые за всё время. Дима смотрел сверху вниз — губы приоткрыты, взгляд тяжёлый. И это почему-то заставило меня работать ещё старательнее. Я заглатывала глубже — до горла, чувствуя, как головка упирается в глотку, как горло сжимается в панике, но я не отступала. Слёзы текли ручьём, смешиваясь со слюной, капая на грудь. Я мычала — вибрация отдавалась в его члене.
Дима дышал всё тяжелее. Пальцы в моих волосах сжались сильнее. Бёдра начали подрагивать, его колени чуть согнулись, прижимая мою голову к себе.
— Кайф… — голос сорвался в хрип. — Сейчас… глотай…
Я поняла. Не отстранилась. Наоборот — двинулась навстречу, заглотила максимально глубоко, прижавшись губами и носом к самому основанию, к вьющимся жёстким волосам. Всё тело напряглось. Он издал низкий, протяжный стон. Член дёрнулся во рту — раз, другой, третий. Горячая, густая, вязкая струя ударила в горло. Вкус горечи заполнил весь рот, полез в носоглотку.
Я замерла, не зная, что делать. Часть прошла в горло — я сглотнула рефлекторно, спазматически, чувствуя, как она обжигает пищевод. Часть осталась во рту. Часть начала вытекать из моего рта.
Только тогда он медленно, почти небрежно вытащил свой мягкий, скользкий член. Я кашлянула, закрыв рот ладонью. Губы, подбородок и шея были мокрыми от слюны и спермы, чувствуя как стекают в декольте.
Я сидела на коленях на грязном, липком полу, тяжело дыша, глядя в заляпанные пятнами кафель между своими разведёнными коленями.
Дима не дал мне опомниться. После того, как я встала с колен, всё ещё кашляя и вытирая подбородок тыльной стороной ладони, он резко развернул меня спиной к себе. Одним движением прижал мою грудь к холодной металлической двери кабинки. Платье уже было задрано до талии, ягодицы обнажены, кожа горела от его ладоней и от переизбытка ощущений под экстази.
— Прогнись, — приказал он низко, хрипло.
Я послушалась мгновенно — выгнула спину, прогнулась в пояснице, выставив попу назад как можно сильнее. Колени слегка подогнулись, ноги расставились шире — чувствовала, как влага стекает по внутренней стороне бёдер. Мои соски тёрлись о металл двери через тонкую ткань — каждый вдох вызывал вспышку удовольствия.
Он схватил меня за волосы у затылка — сильно, оттянул голову назад, заставляя прогнуться ещё сильнее. Другой рукой провёл ладонью по моей попе — грубо, сжимая ягодицы, раздвигая их пальцами. Я застонала громко и блядски.
— Смотри, как ты течёшь, — сказал он, проводя пальцами по моей промежности. Пальцы сразу стали скользкими. Он показал их мне — блестящие, мокрые, с моей влагой и остатками его спермы от минета. — Уже готова, да? Хочешь, чтобы я тебя выебал раком, как сучку?
Он не стал ждать. Одной рукой продолжал держать меня за волосы, другой направил член — головка упёрлась в мокрое влагалище. Я дёрнулась, подалась назад, ощущая желанную твердость.
— Просишь? — он усмехнулся, но в голосе уже было напряжение. — Тогда получай.
Он вошёл одним мощным толчком. Я вскрикнула. Экстази делало каждый сантиметр внутри меня невероятно ощутимым: растяжение, заполненность, давление, тепло. Он прошёл сквозь меня, упёрся в самую глубину — в шейку от которой по всему телу побежали волны. Мои стенки обхватили его плотно, пульсировали вокруг ствола, сжимались рефлекторно.
Он замер на секунду — дал мне почувствовать всю длину, всю толщину. Я чувствовала каждую вену, каждое биение его члена внутри. Потом начал двигаться медленно, глубоко. Звук шлепков влажный, громкий, чавкающий смешивался с басами
Наш первый опыт МЖМ