член. Чувствовал бархатистую кожу, стальную твёрдость, налившуюся багровую головку. Капля предэякулята сочилась наружу, предвещая горячую, густую сперму! У него между ног было мокро, толстые женские бёдра терлись друг о друга, пытаясь унять пустую, ноющую пустоту в тазу. Он поднял глаза и увидел лицо Аллана!
— О да, детка, ты хорошо сосёшь! — в ужасе почувствовал, как язык Бернарда облизывает вздутую головку, ощущает солоноватый вкус и смазывает ствол слюной! Его предательское женское тело изменяло! Становясь ещё влажнее, вагина полностью набухла и раскрылась, стенки покрылись соком.
Бернард почувствовал, как что-то неожиданное качнулось у него на груди, и, не отрывая глаз от бархатного чудовища, которое лизал и сосал, свободной рукой нащупал свою грудь… и встретил мягкие, женские груди с чувствительными сосками! Простонал в ужасе, продолжая ощупывать свою потную, трясущуюся женскую плоть, сердце бешено стучало, крем сочился между половых губ.
Боже мой, — кричал его разум, — У МЕНЯ ЕСТЬ ГРУДЬ! Способная давать молоко! Розовые сосочки впивались в ладони, посылая волны удовольствия в сжимающуюся, трепетную киску!
Набухший член в его руках вдруг дёрнулся, и Бернард закричал, когда густые тяжёлые струи спермы выплеснулись, заливая лицо и грудь, а между ног киска начала спазмироваться, взбухший клитор заныл! Сперма стекала между молочными железами, он дышал прерывисто и стонал, чувствуя, как из мышц в тазу исходят наполняющие пульсации и сокращения!
— Ааааааххх! — закричал он, вскакивая на кровати, его небольшая грудь вздрагивала! Между ног пульсирующая, влажная вагина сочилась соком, половые губы были толстыми и раскрытыми, бугорок набух! Тяжело дышал, в ужасе ощущая, как киска приятно пульсирует в отголосках женского оргазма, и тогда вспомнил весь кошмар! Его стошнило, сорвался с кровати к мусорной корзине и следующие несколько минут шумно блевал, в то время как выпяченная сзади киска сочилась ещё сильнее, капли сока стекали по мягким бёдрам.
Какой ужасный кошмар!
Бернард вытер рот тонкой рукой и встал, голова кружилась от внезапной тошноты. Сел на край кровати и посмотрел на часы. 00:34, мигало табло. Блин. Спать после этого отвратительного сна не получится. Его вдруг потянуло уйти, сделать что-то очищающее, что утомит его достаточно, чтобы снова заснуть.
Помогла бы физическая нагрузка! Но как он может это сделать в таком состоянии? Бег отпадал — не хотел чувствовать, как трясётся набухшая задница. Может, плавание… он припоминал, что бассейн обычно открыт даже так поздно. Но тогда он не сможет оголить грудь. Грудь, хоть и небольшая, всё же была явно женской. Эти широкие ареолы и толстые розовые сосочки нельзя было принять ни за что иное. Плюс бледное, гладкое тело и теперь ещё и задница.
Стоп. Его тело не спутаешь… Он встал, оставив мокрое пятно на простыне там, напротив где находилась влажная киска Бернарда, подошёл к зеркалу и внимательно посмотрел на себя.
Тело, без сомнения, сошло бы за женское — худощавое, с небольшой грудью, но несомненно женское. Волосы, хоть и короткие, были мягкими и густыми, как у женщины. На лице не было и намёка на щетину, и хотя губы были тонкими, а черты мужественными, его можно было принять за девушку. Конечно, если он встретит кого-то знакомого, его узнают, но незнакомцы легко списали бы на очередную девушку, пришедшую поплавать. Мысль была тревожной.
Боже… где, чёрт возьми, Эллисон? Что она делает? Когда вернётся? Он не знал, сколько ещё сможет это выдержать! Он даже сейчас пытался выдать себя за девушку!
Мысль об Эллисон вдруг напомнила ему кое-что. Бернард взглянул на край кровати. Всё ещё там — спортивная сумка, которую девушка забыла позавчера. Взял и поставил сумку на кровать и расстегнул молнию. Стал
К новым ощущениям