скину вам отрывок нового рассказа. Еще не опубликованный. А вы... вы напишете для него альтернативную концовку. Самую извращенную, какую только сможете придумать. Играем?
Он не колеблясь ни секунды.
Vova_Reader: Играем.
Выключив телефон, Вова лег на спину и уставился в потолок. Внутри все горело. Не только от возбуждения, хотя и оно было всесокрушающим. Горело от азарта, от чувства, что он нашел того, кто его понимает. Кто не осудит. Кто, возможно, даже оценит. Он украдкой положил руку на бедро Кати. Кожа была теплой, знакомой. Но в его голове звучал низкий, воображаемый голос Jenia_40 и мелькали образы из их совместно созданного рассказа. Он тихо, стыдливо, потянулся к себе под одеяло, чтобы справиться с напряжением, глядя в темноту и думая уже не о Кате, а о завтрашнем вечере и обещанном отрывке.
Следующий день прошел для Вовы в каком-то сюрреалистичном тумане. Он выполнял привычные действия: завтракал с Катей, ехал на пары, смеялся над шутками друзей, но все это происходило будто через толстое стекло. Его мысли постоянно ускользали в сторону вечера, к обещанному отрывку и своему ответу. Он ловил себя на том, что рассматривает лица зрелых женщин в метро, на улице, в университете, примеряя к ним образ невидимой Жени. Ее голос в переписке — уверенный, немного насмешливый, знающий — звучал у него в голове.
Катя что-то рассказывала за ужином о проблемах на работе, а он кивал, делая вид, что слушает, но на самом деле обдумывал, какой же может быть «самая извращенная» концовка. Само слово, брошенное Женей как вызов, жгло его изнутри. Что для нее извращение? Для него это было связано с потерей контроля, с властью, с нарушением табу. Но у нее, у женщины за сорок, написавшей десятки откровенных историй, наверняка были свои, куда более утонченные и страшные критерии.
Наконец, поздно вечером, когда Катя устроилась смотреть фильм в гостиной, Вова закрылся в спальне под предлогом подготовки к семинару. Руки немного дрожали, когда он открывал мессенджер сайта. Новое личное сообщение горело как маяк.
Jenia_40: Как и обещала. Отрывок. Ситуация: муж и жена в гостях у друзей на даче. Все выпили, атмосфера расслабленная. Жена замечает, как на нее уже весь вечер смотрит молодой друг семьи, лет двадцати пяти. Она игнорирует, но потом уходит в дом за пледом. Он следует за ней. Дальше — ваш текст.
Она остановилась в гостиной, у большого окна, за которым клубилась ночная мгла. Свет от камина из сада едва достигал ее силуэта. Она знала, что он вошел, слышала, как скрипнула половица. Но не оборачивалась. Сердце стучало чаще, чем должно было от простой прогулки по прохладному дому.
«Вы забыли плед», — раздался его голос совсем рядом, сзади. Он был тихим, но в тишине комнаты прозвучал громко. Она почувствовала, как тепло от его тела коснулось ее спины, еще не прикосновение, а лишь его обещание.
«Спасибо», — сказала она, натянуто, и сделала шаг к окну, но не чтобы отодвинуться, а чтобы ее отражение в темном стекле слилось с его фигурой сзади.
Он не ушел. Он приблизился еще на полшага. Теперь она чувствовала его дыхание на своей шее, чуть ниже мочки уха. Его рука появилась в ее поле зрения, протягивая мягкую ткань пледа, но пронесла мимо, положила на подоконник.
«На самом деле, вы ничего не забыли», — прошептал он. Его пальцы, не касаясь ее, описали в воздухе сантиметрах в двух от ее талии медленный круг. «Вы просто захотели, чтобы я последовал».
На этом отрывок обрывался. Вова прочитал его три раза, с каждым разом погружаясь глубже. Мастерство Жени поражало. Ничего явного, но напряжение
Паутина страсти.