плотно прижимал руки, но не причинял боли. Каждое затягивание пряжки сопровождалось чётким, сухим щелчком.
Он отступил на шаг, оценивая свою работу. Галя стояла, прикованная к колонне, её спина выгнулась, подчёркивая хрупкость линий талии и бёдер. Она была абсолютно беспомощна, и это зрелище, судя по едва заметному блеску в его глазах, доставляло Игорю глубокое эстетическое и властное удовольствие.
— Теперь ноги, - произнёс он и кивнул Диме.
Дима, сжав челюсти до хруста, опустился на колени. Он взял её лодыжки и мягко, но настойчиво раздвинул её ноги на ширину плеч. Игорь передал ему ещё два ремня. Дима, избегая её взгляда, обернул ремни вокруг её тонких щиколоток и закрепил их на массивных кольцах, вмонтированных в пол для декоративных целей. Теперь она была зафиксирована в положении стоя, с разведёнными ногами.
Игорь подошёл к портфелю и достал тюбик с гелем и тот самый силиконовый фаллоимитатор. Он выдавил обильное количество прозрачной, холодной смазки на пальцы.
— Первый элемент структуры - терпение, - пояснил он, подходя к Гале. Его пальцы, ледяные от геля, без предупреждения коснулись её анального отверстия. Она дёрнулась всем телом, но ремни удержали её на месте: - Неподвижность. Ты не двигаешься, пока я не разрешу. Ты принимаешь то, что я даю. Без реакции. Твоя реакция будет позже, и она будет контролируемой.
Он начал вводить палец, медленно, с безжалостной методичностью. Его взгляд был прикован к её лицу, ловя каждую гримасу боли, стыда, усилия. Он подготовил её, добавляя пальцы, его движения были лишены какого-либо эротизма — это была процедура.
— Дима, смотри, - приказал Игорь, не отрываясь от своего занятия: - Учись! Это не грубое насилие. Это точное воздействие. Ты должен знать её тело, как свой инструмент. Знать его пределы и точки сопротивления.
Потом он взял фаллоимитатор в виде конуса, щедро смазал его и, без колебаний, направил туда же. Вход был медленным и неумолимым. Галя застонала, запрокинув голову, её пальцы судорожно сжались за спиной, хотя движения ей были недоступны. Холодный, чуждый предмет заполнял её, растягивая, вызывая шокирующее чувство неестественной полноты.
— Идеально, - пробормотал Игорь, когда основание пробка имитатора высовывалось из её тела. Он оставил его там: - Это твоё новое состояние. Принятие без выбора. Основа для всего, что будет дальше.
Затем он повернулся к Диме, который стоял, сжав кулаки, его собственное тело откликалось на эту сцену противоречивой, ненавистной ему эрекцией.
— А теперь твоя очередь, - сказал Игорь: - Ты - активный элемент. Но твоя активность будет направляемой. Ты войдёшь в неё! Медленно. И будешь двигаться ровно с той скоростью, с которой я скажу. Ни ускорения, ни замедления без команды. Твоя задача - не кончить. Твоя задача - поддерживать в ней определённый уровень возбуждения, не позволяя перейти грань. Это упражнение на контроль. Над собой и над ней.
Он подошёл к портфелю и достал небольшой, строгий метроном, поставил его на стол и запустил. Размеренные, монотонные щелчки заполнили комнату.
— Под ритм метронома, - уточнил Игорь: - Один толчок на один щелчок. Начинай!
Дима, бледный, с каплями пота на висках, подошёл к прикованной Гале. Их взгляды встретились на мгновение - в её глазах была мольба и какая-то пустота, в его — ярость и сломленная воля. Он направил себя в её влагалище, уже влажное от непроизвольной реакции её тела на всё происходящее. И под холодный, равномерный стук метронома, он начал двигаться. Раз. Два. Три. Каждый толчок ровный, одинаковой глубины, лишённый страсти, чистая механика.
Игорь сел в кресло напротив, положив ногу на ногу. Он наблюдал, как тело Гали слабо вздрагивает с каждым толчком, как
Верчка часть 1 (Похищение)