заняла её место. Её алые губы сомкнулись на члене сына с профессиональной, безжалостной эффективностью. Дима ахнул, его бёдра дёрнулись вперёд. Шок от происходящего смешался с диким, запретным возбуждением. Перед его глазами поплыли круги. Мать. Учительница. Власть. Наслаждение. Всё сплелось в один тугой, невыносимый узел.
Игорь тем временем сам полностью разделся, подошёл к Гале. Он повернул её лицом к стене, заставил опереться на ладони. Его пальцы грубо раздвинули её ягодицы. Его напряжённый член неё сзади без предупреждения, с одним коротким, влажным звуком. Галя вскрикнула, но крик тут же превратился в стон, когда он начал двигаться, глубоко и мерно.
Комната превратилась в лабораторию переплетающихся тел. Звуки стали общими: чавканье, хлюпанье, прерывистое дыхание, приглушённые стоны. Ирина, оторвавшись от Димы, легла на спину на ковёр, раскинула ноги в чулках и обхватила себя за колени.
— Иди ко мне, - приказала она. И это был приказ не сыну, а мужчине.
Дима, оглушённый, послушался. Он вошёл в неё. Её тело было мягким и одновременно упругим, совершенно другим, чем у Гали. Она встретила его движения отточенными сокращениями внутренних мышц - так, как делала его учительница. Он застонал, потеряв остатки контроля.
Игорь, не прекращая двигаться в Гале, наблюдал за парой на ковре. На его лице было удовлетворение режиссёра, чья постановка идёт точно по сценарию.
— Теперь, - крикнул он: - меняемся!
Это был хаос, но хаос управляемый. Дима, выскользнув из матери, подошёл к отцу и Гале. Игорь вышел из дочери, давая место сыну. Дима вошёл в неё сзади, в ту же влажную, растянутую отцовским членом глубину, в то время как Игорь направился к жене. Он приподнял её, поставил на колени и его смазанный член соками дочери и дополнительно смазкой, ловко вскользнул в её анальную пещерку, одной рукой сжимая её грудь. Ирина громко вскрикнула, но это был крик триумфа.
Через несколько минут Игорь выскользнул из Ирины с влажным звуком, оставив её содрогающейся на коленях. Его взгляд, острый и расчётливый даже сейчас, метнулся между сыном, движущимся в Гале сзади, и женой.
— Снова обмен! - скомандовал он хрипло, но чётко.
Он шагнул к Гале, положил руку на бедро Димы, останавливая его ритм.
— Меняемся. Сейчас.
Дима, почти в трансе, послушно вышел из сестры. Его член блестел, сливаясь с её соком. Игорь жестом указал ему на Ирину, которая уже повернулась, опершись локтями о спинку низкого дивана, выгнув спину и подставив взгляду свои ягодицы, всё ещё обтянутые чёрным кружевом подвязок, но уже влажные и готовые.
— Возьми её там. Где я только что был. Смажь хорошенько, - бросил Игорь, протягивая Диме тюбик с густой прозрачной смазкой.
Пока Дима, с тупой покорностью, выдавливал холодный гель на пальцы и подходил к матери, Игорь развернул к себе Галю. Он привлёк её к себе, заставил наклониться над тем же диваном, рядом с Ириной, упереться руками в ткань. Его пальцы, щедро смазанные тем же гелем, без церемоний нашли её анальное отверстие, смазанное, но всё ещё тугое.
— Принимай! - просто сказал он, и направил в неё свой член.
Вход давался тяжело, с сопротивлением мышц и тихим, сдавленным стоном Гали. Но он был неумолим. Он входил медленно, растягивая, заполняя, пока не упёрся до конца в её плотно обхватывающую его плоть.
Рядом, Дима, подражая отцу, вводил в Ирину. Та встретила его движение низким, удовлетворённым гулом, откинув голову назад. Её длинные ногти вцепились в обивку дивана.
На мгновение воцарился ритм: два мужских тела, движущихся в такт, в две женских фигуры, склонившихся рядом. Звук был влажным, шлёпающим, тяжёлым. Затем Игорь, не останавливаясь, положил руку на поясницу Гали.
Приживалка (2 часть )