эльфийским огням. — Я как раз захотела принять душ в это время. Но это не страшно, Марш, родители ведь, даже если вернутся в тот миг, не увидят... ничего запрещённого?
* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
— Мой милый братик.
Да, Синти стояла вновь в душе нагая. Да, освободите меня от обязанности детально описывать её умопомрачительное тело. Да, я, подобно стереотипному озабоченному сопляку, стоял вновь у двери ванной и отчаянно мастурбировал, хотя тестостерон в моих жилах был на этот раз как минимум наполовину разбавлен адреналином.
Я просто не мог не проверить, заперла ли она дверцу ванной, оставила ли она мне шанс на подобные игры. Ну а когда выяснилось, что оставила, — отвернуться и выйти я уже не мог физически.
— Так странно думать, что он мог бы подглядывать за мною сейчас. — Она тяжело задышала, ладонь её на груди переместилась с ложбинки чуть ниже. — Подглядывать за голой сестрой. Но нет, он не такой, да и не стал бы он это делать в ожидании возврата родителей?
Я сцепил зубы, чтобы не застонать, чтобы не дать этой стерве хотя бы подобного выигрыша. Это было не ново, она каждый раз в ванной поддразнивала меня теми или иными словами, стараясь меня максимально унизить, прежде чем сдвинуть пальцы в кольцо и этим выдать мне великодушное разрешение на очередную эякуляцию.
— Его ведь могут увидеть. — Синти сама застонала сладенько-театрально, зажмурившись, гладя грудь, другая рука её была вжата в низ живота. — Зайти в дом, свернуть в коридор, увидеть... своего сы-ына... непристойно дрочащим на моющуюся сестру. Как изменится после этого их представление об их эрудированном мальчике?..
Глаза её тускло горели, она повернула чуть-чуть ручку крана. Потекла вода. Дыхание моё сбилось, Синти и прежде включала порой пару раз душ, но мне казалось, что на этот раз она не станет подобного делать, ведь создание шумовой завесы, мешающей услышать приезд родителей, противоречит и её интересам.
— Это было бы просто ужасно.
Она повернула ручку крана чуть дальше, не сводя с меня взгляда, глаза её пылали все ярче, шум воды стал ещё громче.
— Что могло бы быть хуже? — Слова её ещё можно было расслышать. Она облизнула вновь губы, смежила снова ресницы, отчего её личико приобрело загадочное выражение. — Только если бы братик мой, этот бесстыжий подглядчик... сбросил у дверей ванной вниз свои брюки с трусами, остался полностью голым. — Взгляд её коснулся вновь моих глаз. — В этом случае я бы, пожалуй, даже... простила его... за возможные последствия похоти. Ну, это ведь означало бы, что он просто не может себя контролировать, что он... просто повинующееся инстинктам животное?
В последних её словах слышался нескрываемый смех.
Синти направила на себя трубку душа и осенила грудь струйками тёплой воды, прикрыла глаза и застонала молча сквозь плотно сжатые губы, перевела искусственный дождик вниз к нежному животу. Я сам застонал еле слышно, самоудовлетворяясь бессовестно, понимая, что санкция на оргазм только что мною получена, эта стерва дала мне её, но вступит в силу она лишь только если я освобожусь от одежды, рискуя, что вернувшиеся родители застукают меня в таком виде.
— О нет, он не сделает этого. — Кажется, дыхание её стало сбивчивым, хотя услышать его сквозь шум душа было довольно трудно. — Я в него верю. — Глядя мне в глаза неотрывно, глядя пристальным смеющимся взглядом пылающих глаз, она повернула ещё дальше рукоять крана, увеличивая напор воды, усиливая шумовую завесу. — Он
Первый секс