«Ну да, старалась не шуметь. Работа... сам знаешь, то одно, то другое. А у тебя как дела в школе, что нового? Никто не достаёт?»
Они говорили о простом: о его лекциях, о том, что он вчера смотрел какой-то фильм, о том, что надо бы в магазин сходить за продуктами. Наташа рассказывала про работу — кто что сказал, кто напился, как она добиралась домой на такси. Говорила ровно, даже смеялась пару раз, но всё время наблюдала за ним.
Она видела: его взгляд иногда соскальзывает вниз. На её грудь — футболка свободная, но когда она наклонялась за сахаром, ткань натягивалась, соски проступали. На ноги — когда она вставала и поворачивалась к плите, леггинсы обтягивали ягодицы, выделяли каждую линию. Он смотрел быстро, отводил глаза, но она ловила эти взгляды — короткие, виноватые, но жадные.
Наташа не злилась. Она просто сидела и чувствовала, как внутри снова шевельнулось то самое — запретное, манящее. «Он смотрел на меня ночью. Видел меня голой. Кончил на меня. И сейчас... смотрит опять». Ужас от этой мысли был, но он уже смешивался с чем-то другим — с теплом между ног, с лёгким покалыванием в груди.
Она встала, подошла к холодильнику, открыла дверцу, наклонилась за йогуртом. Леггинсы натянулись сильнее, ягодицы округлились, ткань врезалась между ними. Она задержалась в этой позе чуть дольше обычного — и почувствовала: он смотрит. Не отводит глаз.
Наташа выпрямилась, повернулась к нему, улыбнулась — спокойно, как всегда.
«Что-то хочешь ещё? Или чаю долить?»
Юра мотнул головой, глаза опустил в чашку.
«Нет... нормально».
Она кивнула, села обратно. И внутри неё всё ещё ворочалось: «Что дальше? Сделать вид, что ничего не было? Или... поговорить?»
Но она молчала. Просто смотрела на сына и думала: «Он взрослый. И я тоже. И это... уже не остановить».
7
Наташа стояла под душем уже минут десять. Горячая вода стекала по телу, смывая вчерашний запах алкоголя, сигарет и Андрея, но не смывала то, что творилось внутри. Взгляды Юры на кухне — короткие, виноватые, но жадные — разбудили в ней что-то давно забытое. После развода секс был редким, механическим, чаще всего с Андреем — менеджером из отдела продаж, который приставал к ней годами. Он был грубым, торопливым, кончал быстро и сразу отворачивался. Ей не нравилось, но она терпела — просто чтобы почувствовать хоть что-то. С бывшим мужем тоже не было огня. А теперь сын. Её Юра и эти взгляды, эти капли спермы на простыне и на её ягодице ночью... Ужас от одной мысли смешивался с чем-то другим — горячим, трепетным, почти болезненно приятным. Табу. Именно табу разжигало её сильнее всего. Мысль, что это нельзя, что это неправильно, что это её сын — и от этого внутри всё сжималось и пульсировало.
Она не могла ничего с собой поделать, в голове она уже зашла далеко. И вот решительный шаг. «Будь что будет, он хочет меня а я его»
Наташа крикнула — громко, но спокойно:
«Юра! Подойди пожалуйста!»
Он появился через несколько секунд остановился в дверях ванной.
Наташа отодвинула шторку ровно настолько, чтобы высунуть голову и правое плечо. Грудь — маленькая, упругая — полностью обнажилась, сосок уже твёрдый, тёмно-розовый от горячей воды и от того, что происходило внутри.
«Я забыла гель для душа в своей спальне купила новый, на столике у кровати. Принеси, пожалуйста», — сказала она, глядя ему прямо в глаза.
Юра замер. Взгляд упал на грудь — на секунду, потом резко отвёл глаза, щёки вспыхнули.
Про учительницу Ольгу. Часть 1