для всей студии, как последняя мокрощелка! Давай, работай жопой, активнее!
Алиса в ответ лишь гортанно мычала, извиваясь под ними. Её внутренние стенки пульсировали в неистовом ритме, выжимая из мужчин всё. Она была на пике, её сквирт снова и снова орошал простыни, смешиваясь со смазкой.
Когда оба парня были на грани, Алиса сама задала финал. Она вытолкнула член изо рта и, не оборачиваясь к Денису, прокричала: — Кончайте! Кончайте на меня! Я хочу быть залита вами!
Оба парня сорвали презервативы.
Первый стащил латекс и кончил ей прямо на поясницу и густые белые струи стекали по её бедрам. Второй Схватил её за подбородок и залил ей всё лицо. Сперма попала ей в очки, на нос, густо забила рот.
Алиса, не теряя ни капли, схватила один из использованных презервативов, вывернула его остатки себе на грудь и начала яростно растирать теплую жижу по свей груди и соскам, сорвала с себя очки и смотрела в камеру Макса абсолютно безумным, торжествующим взглядом.
— Ты видишь это, Макс? — прохрипела она, размазывая сперму по лицу, как крем. — Я - богиня. И трахаться мненравится больше всего на свете!
Она повалилась в центр кровати, блестящая от пота и четырех трех мужчин, а её тело всё еще содрогалось от мелких спазмов оргазма. Казалось, что в студии повисла тяжелая, густая пауза. Алиса лежала в эпицентре этого спермового хаоса, тяжело вдыхая раскаленный воздух. Но вместо того, чтобы расслабиться, она вдруг резко села. Её взгляд прояснился, в нем снова вспыхнул тот самый холодный, расчетливый огонь хищницы.
Она протянула руку к столику и взяла пачку влажных салфеток.
Это было самое грациозное и в то же время самое порочное зрелище, которое мы видели за весь день. Алиса, начала медленно, с какой-то извращенной аккуратностью вытирать свое тело. Она провела салфеткой по пухлым губам, стирая белые следы и обнажая их естественный, ярко-алый цвет. Затем медленно прошлась по своей груди, очищая соски, которые тут же снова затвердели от холода пропитки. Самым вызывающим было то, как она, широко разведя ноги, вытерла свою зиявшую киску и бедра, убирая следы прошлых участников, словно подготавливая чистый холст для новой, еще более грязной картины.
Закончив, она отбросила салфетки в сторону и посмотрела на нас троих: на меня, на Макса на Марка (первого осветителя).
— Теперь, когда я снова практически чистая... — прошептала она, и её голос вибрировал от предвкушения боли и экстаза. — Идите сюда все трое. Я хочу почувствовать, как вы разрываете меня одновременно. Макс, не смей прекращать съемку. Это будет твой шедевр.
Мы не заставили её ждать. Это была уже не просто сессия — это была планомерная экзекуция её чувственности.Я схватил её за волосы, заставляя запрокинуть голову и подставить шею. Марк и Макс заняли позиции по бокам. Алиса снова сама, с той же жадной тщательностью, натянула презервативы на каждого из нас, используя свои губы и язык как инструмент абсолютного подчинения. Её челюсти работали без устали, пока каждый из нас не был готов.
Я вошел в неё сзади, когда она стояла на коленях, уткнувшись лицом в подушки. Мои толчки были глубокими и беспощадными — я вбивал её в кровать, чувствуя, как её внутренние стенки стонут от нагрузки. В это же время Макс и Марк взяли её с двух сторон. Один из них заставил её заглатывать свой член до самых гланд, а второй ласкал её грудь, сжимая соски до синяков.
— Да, суки! Да! — кричала Алиса сквозь захлебывающийся стон. — Трахайте меня как животное! Я хочу быть вашей дыркой! Не жалейте меня! — Двигай своей
Униженный девственник