каждом резком движении можно было заметить, как напрягаются мышцы грудной клетки. Её соски были крупными, темными и всегда наготове, словно два наконечника стрел. Живот Насти был абсолютно плоским, с четко прорисованной вертикальной линией и «кубиками», которые не скрывала даже кожа. Но самым впечатляющим были её бедра — мощные, длинные, с четким разделением мышц, они обещали захват, из которого невозможно освободиться.
Я встал со своего места. Мои жетоны — 900 штук — были платой за право войти в эту клетку. Настя ждала меня. Когда я подошел, она не опустила глаза. Напротив, она сделала шаг навстречу, сокращая дистанцию до опасного минимума.
Я начал не с нежности. Мои руки легли на лацканы её смокинга. Ткань была холодной, а кожа под ней — обжигающей. Я медленно развел полы пиджака. Смокинг соскользнул с её плеч, обнажив её торс полностью. Настя стояла перед нами в одних коротких кожаных шортах, которые сидели так плотно, что казались нарисованными, а меду ног на шертах было отверстие открывающее вид на ее половые губы...
Я положил ладони на её талию. Её кожа была влажной — мелкие капли пота блестели в ложбинке между грудей. Настя вздрогнула, но это была дрожь не страха, а нетерпения. Её мышцы под моими пальцами были жесткими, как сталь. Я провел ладонями вверх, сжимая её грудь. Она была плотной, горячей и невероятно чувствительной. Настя откинула голову назад, её дыхание стало коротким и рваным.
— Сильнее, — прошептала она, и это была не просьба, а приказ.
Я подчинился. Мои руки сжимали её тело с той силой, которую она требовала. Это была ласка на грани боли. Я впивался пальцами в её бедра, оставляя на бронзовой коже красные следы, которые тут же наливались жаром. Настя ответила тем же: её руки вцепились в мои плечи, ногти вонзились в кожу сквозь рубашку. Мы застыли в этом
Мы перешли к «Гладиаторской лавке» — массивному кожаному снаряду, стоявшему в углу. Настя не легла на неё — она на неё запрыгнула, подмяв меня под себя. Её бедра обхватили мою талию, и я почувствовал невероятную мощь её ног.
Я начал исследовать её пах через тонкую кожу шорт, входя с специальное отверстие средним и безымянным пальцами. Настя выгибалась, её таз двигался в яростном, неритмичном танце. Я чувствовал, как под моими пальцами пульсирует её плоть. Когда я наконец рванул молнию на её шортах, потому что они мне мешали, в воздухе отчетливо запахло мускусом и жаром. Её лоно было аккуратным, но в его глубине скрывался настоящий пожар и влага.
Я использовал свои зубы, прикусывая её плечо, её шею, в то время как мои руки методично и жестко обрабатывали её клитор. Настя не стонала, как Марина. Она издавала низкие, гортанные звуки, похожие на рычание. Её тело вибрировало от напряжения. Мы видели, как каждая мышца на её ногах и животе натянулась до предела. Она была похожа на лук перед выстрелом.
Я заставил её перевернуться, прижав к кожаной поверхности лавки. Её ягодицы — твердые и идеально круглые — возвышались над моей ладонью. Я нанес легкий, звонкий удар, и по её телу прошла волна экстаза. Настя вскрикнула, её пальцы впились в обивку лавки, разрывая кожу. Это был момент истины. Она сдалась, но сдалась только силе, которая была равна её собственной. И я вошел в нее...рывком...и задал жесткий ритм...
Настя была на пике. Её кожа горела, пот заливал глаза, но она не закрывала их. Она смотрела на меня, требуя финала. Я прижал её к себе так крепко, что наши сердца забились в один такт.
Сексуальные фантазии на тему медицинского секса