— Ой, — спохватилась Зинаида, и румянец снова залил её щёки. — И не заметила... Кажись, да... Всё внутри тряслось, аж ноги подкосились...
— Ну и отлично! — Маша, не колеблясь, обняла её за голые, полные плечи. — Давайте дружить, Зинаида! Вы где живёте? На даче? Приходите завтра к нам в гости. У нас тут сосед есть замечательный, дядя Миша, он тоже большой любитель на красивых женщин смотреть. Вместе веселее будет, чем по одиночке скучать.
Зинаида, наконец, словно очнувшись от сладкого сна, начала одеваться, тщательно вытирая живот носовым платком, который достала из упавшей сумки.
— Зовут-то меня Зина, — наконец представилась она, застёгивая пуговицы на платье. — Я вон в том посёлке живу, через два участка от поворота. Дом у меня зелёный, сразу видно. Приходите, если что... Я теперь этот день вовек не забуду.
— Обязательно придём, Зина! — пообещал Сергей, завязывая шнурки на кедах. — Но лучше вы к нам. Мы вон в том посёлке, номер дома шестьдесят девять. Будем вас завтра ждать. К шести вечера удобно? Вот и чудненько. Только обязательно приходите. У нас завтра, кажется, будет очень весело.
Вдали показались огни приближающейся электрички. Зинаида, торопливо чмокнув Машу в щёку и смущённо кивнув Сергею, подхватила свою сумку и почти вбежала в открывшиеся двери вагона, унося с собой в памяти и на коже следы этого удивительного, невозможного знакомства.
Маша и Сергей остались на опустевшей платформе, глядя вслед уходящему поезду, который увозил их новую знакомую в её прежнюю, скучную жизнь.
— Ну что, — сказала Маша, легко и свободно поправляя сарафан, который уже ничего не скрывал. — Домой? Пойдём дядю Мишу навестим, новой историей похвастаемся?
— Ага, — Сергей обнял жену за талию, прижимая к себе. — А вечерком можно и фотки посмотреть, и новые приключения придумать. Отпуск-то, кажется, налаживается!
8. Вечер варенья и откровений
Июль в этом году выдался на славу — тёплый, ласковый, с долгими вечерами и звёздными ночами. На даче у Маши и Сергея всё цвело и благоухало. Стол на веранде был накрыт по-простому, но с душой: пузатый самовар, расписные чашки, вазочки с вареньем — вишнёвым, малиновым, смородиновым, и горка румяных пирожков, которые напекла Зинаида.
Зинаида пришла не одна. Рядом с ней, чуть стесняясь, сидела женщина лет тридцати пяти, с пышными русыми волосами, собранными в небрежный пучок, и большими серыми глазами. Её звали Светлана, она работала медсестрой в городской поликлинике. Зинаида украдкой сжимала её руку под столом — сама она здесь была впервые и отчаянно трусила, хоть и не подавала виду.
— Спасибо, что пригласили, — начала Зинаида, когда все расселись и Сергей разлил по рюмкам наливку. — Я, если честно, всю дорогу тряслась. Думала, развернусь и уйду. Но Света сказала: «Давай хоть раз в жизни попробуем что-то эдакое». И я решилась.
Она подняла рюмку, посмотрела на Машу и Сергея и вдруг густо покраснела.
— А ещё я хочу вас поблагодарить. За тот раз, на станции. — Голос её дрогнул. — Вы тогда подошли ко мне, напугали сначала до смерти, а потом... я домой пришла, и меня всю ночь трясло. Не от страха — от возбуждения. Я год до этого одна была, мужиков не видела, а тут такое... Я потом сама себе неделю каждую ночь дрочила, только о вас и думала. И поняла, что хочу ещё. Хочу быть с вами, смотреть, участвовать... Спасибо вам.
Маша растроганно чмокнула её в щёку.
— Зина, ты наша! — сказала она. — Теперь ты с нами, навсегда. Давайте выпьем за новые знакомства!
Секс в институте