Вторую ночь я вообще не спала, просто лежала с открытыми глазами, ожидая рассвета. Мой мозг был перегружен, моё тело возбуждено, мои нервы были натянуты как верёвка, которую вот-вот разрежут.
Когда утро наконец пришло, я была совершенно истощена физически, но напряжена умственно.
Я попыталась прожить день как обычный день. Попытка номер один.
Я пошла на работу. Сидела за столом номер двадцать три. Открывала письма, которые все выглядели одинаково. Печатала ответы на автопилоте. Мои коллеги смотрели на меня странно — я предположила, что выгляжу так же странно, как себя чувствую. Взгляд был пустой, улыбка неестественная, движения неловкие.
На обеде я не ела. Только сидела, глядя на еду, не видя её.
Маша позвонила мне в конце дня. Я не ответила. Я не могла. Что бы я сказала? «Привет, я собираюсь встретиться с незнакомцем из интернета, который хочет сделать меня своей кошкой?» Нет. Я просто позволила телефону звонить.
Когда я вышла из офиса, было уже четыре часа. До встречи оставалось три часа. Три часа, чтобы подготовиться, чтобы преобразиться, чтобы стать достойной.
Я шла вдоль реки. Вечер был холодным, осень кусала. Листья падали с деревьев, кружились в воздухе, прежде чем оседать на земле, где медленно умирали. Я смотрела на них и чувствовала странное сочувствие — листья тоже когда-то были живыми, тоже когда-то были зелёными, полными жизни. А теперь просто ждали.
Кафе «Орбита» было видно впереди. Мне нужно было туда идти. Мне нужно было войти. Мне нужно было встретить его.
Я остановилась на другой стороне улицы.
Сердце билось так быстро, что я чувствовала его в горле, в запястье, везде. Это был мой последний шанс. Я могу развернуться. Вернуться домой. Забыть всё это. Или я могу перейти эту улицу и позволить своей жизни измениться навсегда.
Последний шанс, Анна.
Я перешла улицу.
Когда я открыла дверь кафе, я почувствовала, как изменяется воздух. Теплота. Свет. Мир, который был нормальным, стабильным, скучным. Люди сидели за столиками, пили кофе, разговаривали о работе, о жизни, о вещах, которые не имели значения.
Я выбрала столик чуть в стороне, заняла место и стала ждать. Сердцебиение было громким в ушах. Я заказала кофе, хотя знала, что не смогу его пить. Чашка пришла, пар в ней поднялся в воздух, как призрак.
Когда я поняла, что он пришёл, это было не потому, что я его видела. Это было чувство. Как электричество в воздухе. Как будто его присутствие изменило атмосферу, сжало её, сконцентрировало её.
Я повернулась.
Он входил в кафе с уверенностью, которая заполняла комнату. Люди смотрели на него, даже не замечая этого. Что-то в его движении, в его присутствии, велело каждому обратить внимание.
Он был выше, чем казался на фотографиях. Шире. Его лицо было более резким в реальности, не смягчено цифровым компромиссом. Его глаза были настоящими, живыми, и они искали что-то в кафе. Потом нашли меня.
Он подходил медленно. Не спешил. Каждый его шаг был вызовом. Каждый шаг был напоминанием о том, что он знал, кто я была, и он знал, что я не смогу уйти.
— Анна? — спросил он, хотя уже знал ответ.
— Да.
Он сел напротив. Обычное расстояние между двумя людьми в кафе, но для меня это было слишком близко. Я чувствовала его запах — дорогой одеколон, его кожу, мускус, что-то животное и примитивное, что-то, что заставило мою биологию реагировать способом, который мой мозг отказывался признавать.
— Ты выглядишь не так, как я представлял, — сказал он. Не как комплимент. Как наблюдение. — Ты лучше, чем я представлял.
Проклятый летний день.