глотала сразу, не пыталась изображать порнозвезду. Она играла. Сначала просто проводила губами по стволу, едва касаясь, дразня. Потом обводила языком головку — медленно, по кругу. Потом брала в рот — не глубоко, только головку, и посасывала, глядя на меня снизу вверх.
Я запускал пальцы в её волосы, гладил по голове, чувствуя, как она двигается. Она брала глубже, почти до самого горла, замирала на секунду, потом медленно выпускала. И снова.
— Тина, — сказал я: — Хватит.
Она остановилась, подняла на меня глаза.
— Хочу туда, — сказал я.
Она, поняла и улыбнулась. Кивнула.
Я пристрастил её к анальному сексу не сразу. В начале наших отношений Тина даже слышать об этом не хотела — боялась, что больно, что противно. Я не настаивал. Просто иногда, в самые горячие моменты, проводил пальцем там, смазывал слюной, массировал.
Проходили месяцы, прежде чем она впервые позволила ввести палец. И то зажмурилась, вцепилась в подушку, закусила губу. Но не остановила.
Потом был первый раз по-настоящему. Медленно, бесконечно долго, с маслом для массажа, с остановками, с её шёпотом «тише, тише, подожди». Когда я вошёл целиком, она выдохнула и расплакалась — от неожиданности, от ощущения наполненности, от того, что это оказалось совсем не страшно.
После того раза она как-то сказала мне фразу, которую я запомнил навсегда. Мы лежали, я обнимал её, и она вдруг прошептала:
— Знаешь, Стас... этой дырочкой я никому не изменяю. Она только твоя.
Я тогда даже не сразу нашёлся что ответить. А она продолжала:
— С другими у меня всё обычно. А это — только с тобой. Потому что я тебе доверяю.
С тех пор анальный секс стал нашей особенной историей. Не каждый раз, но когда она чувствовала, что готова — она сама говорила. Или просто поворачивалась спиной, вставала на колени и ждала.
Сейчас она ждала. Уже стояла на четвереньках на тахте, уткнувшись лицом в подушку, прогнув спину, отставив зад — круглый, упругий, с ямочками по бокам. Свет из окна падал на её тело, высвечивая каждый изгиб, каждую линию. Она была прекрасна в этой позе — беззащитная и открытая, готовая принять меня туда, куда пускала далеко не каждого.
За прошедшие месяцы мы научились делать это правильно. Я помнил наш первый анальный опыт — как долго уговаривал, как она боялась, как зажмуривалась и вцеплялась в подушку, как дрожала всем телом, когда я только прикасался пальцем. Теперь всё было иначе.
Я закупился в секшопах основательно. Не просто одним тюбиком, а целым пакетом. Несколько разных смазок — на водной основе и силиконовые, с охлаждающим эффектом и с согревающим, с ароматизаторами и без. Тина сначала смеялась, когда я вывалил всё это на тахту, но потом оценила. Ещё я купил маленький анальный фаллоимитатор из гладкого чёрного силикона — тонкий, гибкий, с закруглённым кончиком, идеальный для начала. И анальный конус — расширяющийся от тонкого кончика до основания, сантиметра четыре в диаметре.
Тина сначала смущалась, когда я впервые достал всё это из пакета. Даже покраснела, спросила: "Ты думаешь, мне это понадобится?" Но потом привыкла. Даже полюбила. Говорила, что с подготовкой всегда только приятно. Что она чувствует себя расслабленной и наполненной одновременно. Что без этих игрушек наш анальный секс теперь для неё немыслим.
Я подошёл к ней сзади, провёл рукой по ягодицам — гладким, тёплым, чуть влажным после душа. Сжал, раздвинул, любуясь открывшимся видом нижней щелочки и верхней дырочки.
Я выпрямился, потянулся к тумбочке, где лежали наши игрушки. Открыл верхний ящик — там, среди смазок и фаллоимитаторов, поблёскивал анальный конус. Взял его в руку – гладкий и холодный.
На балансе