Пухлый лобок с редкими волосиками манил меня, и я, сужая круг поцелуев, приближался к нему всё ближе. Женщина поняла, к чему всё идёт, и замерла в ожидании. Я устроился поудобнее, лёг между её ног, приподнялся на локтях и развёл руками то, что уже столько раз трогал, но ещё ни разу не видел так близко и подробно. В тусклом свете летней ночи я скорее угадывал нежное устройство этого восхитительного органа, впитывал влекущий аромат молодой женщины. А насладившись, стал жадно и старательно вылизывать сочащуюся желанием раковину.
Галя беспомощно охнула, напрягшись. Снова охнула, когда мой язык нашёл и надавил на её сладкий маленький пупырышек — клитор. Я повторял движения снова и снова, накрыв ртом, всосав её вульву и быстро-быстро скользя языком по клитору. Женщина, казалось, спала, почти не двигаясь, вся превратившись в точку наслаждения под моим языком. Потом её спокойствие сменилось резкими движениями. Она подпрыгнула несколько раз, громко и со стоном кончая. Сжав ноги и мелко дрожа, она изгнала меня от своих «ворот» и уложила рядом, обвив благодарными руками своё повлажневшее лицо. От слёз? Мы молча целовались.
Вдруг она отстранилась и, внимательно посмотрев на меня, спросила:
— Откуда ты взялся на мою голову?!
Вопрос был риторический, и я только пожал плечами. Зато она продолжила:
— Я была счастлива с мужем, он у меня хороший, ты же видел! И вдруг — трах-бах, сосед, поцелуй в теплице! И я уже ни о чём больше не могу думать, как о тебе. За что мне это?! Почему?
Мне следовало молчать и дальше, чтобы не разводить демагогию, но я не удержался.
— Наверное, внутри тебя всегда была пустота, только ты этого не осознавала… Пока не встретила того, кто способен её заполнить… — Пока сам не услышал себя и не засмеялся.
Галя заржала вместе со мной, откинувшись на подушку. Волны смеха колыхали всё её богатое объёмами тело, и я, глядя на это, невольно ощутил прилив желания. Сунул руку между её ног и нащупал влажное и тёплое отверстие. Она поняла и расставила колени пошире, приглашая. Через мгновение я был на ней и внутри, опять ощущая головокружительную тесноту и упругость этого чуда природы. Галя хоть и отзывалась на мои поцелуи, в целом лежала спокойно, только немного подавая зад мне навстречу. Я же, просунув руки под её ягодицы, окончательно завалившись на неё всей тушей, сконцентрировался на восхитительных ощущениях, идущих от двигающегося в молодой женщине члена. Долго терпеть было невозможно. Я было хотел развернуть её к себе задом, но было так жаль менять идеальную позу, в которой мы были единым целым в своём желании, и не смог — стал кончать как есть, сверху, загоняя жалкие капли своей престарелой спермы в алчущее, трепещущее нутро прелестницы.
Потом, уже почти обыденно, я довёл её до финала рукой. Это произошло быстро — хватило нескольких движений, так как она уже и сама была «на подходе».
И снова я встретил её испытывающий взгляд.
— Ну что?! — явно было, что она хочет поговорить.
— Ты же первый у меня после мужа! — вкрадчиво сообщила она.
Мне сложно было в это поверить, но волна самолюбования и гордости захлестнула меня с головой.
— Я и думать не думала ему изменить, — продолжила она. — Но тот поцелуй… Почему я позволила? Не знаю. Не могу понять! И потом всё изменилось! Ты перед глазами — твоё лицо, твои руки, губы. Боже! Я как с ума сошла! Муж на мне, а я твоё лицо вижу и теку, как сука. Прямо струёй теку! Ужас какой-то. Я
Четыре дня удовольствия. Часть 6. Взгляд с другой стороны.