Галя говорит, помогала тебе помидоры высаживать, — спросила она. — Не удивительно, что ты зачастил на огород с такой соседкой! — подколола она меня. — Симпатичная!
Я понимал, что она шутит, стараясь меня поддеть, но холодок по спине всё же пробежал от того, как она была близка к истине.
Так мы и провели выходные, каждый на своём участке, перебрасываясь с Галей мимолётными взглядами, как воланчиком в бадминтоне. Я хотел её, думал о ней, поэтому ночью полез к жене, хватая её за поджарые коленки.
— Я смазку не взяла, не думала, что у тебя вдруг охота взыграет на свежем воздухе, — жаловалась супруга, пока я раскладывал её под собой.
— Ничего, я слюнями, — пообещал я.
Но сколько ни плюй, если женщина по своей перезрелости страдает сухостью, то никаких слюней не хватит. Член со скрипом двигался в давно потерявшем упругость влагалище, жена морщилась от чрезмерного трения, покряхтывала, будто работала в огороде, что совсем не располагало к удовольствию. Член в нерешительности упал, и я, в расстроенных чувствах, скатился на бок.
— Предупредил бы, я взяла бы, — будто оправдывалась жена, натягивая трусы.
— Да всё нормально. Решил, что хочу. Оказывается, нет, — примирительно заверил я.
К сожалению, такие осечки случались у меня дома в последние годы довольно часто. Этому было море объяснений, но все они не делали происходящее более приемлемым. Снова всплыла перед моим внутренним взором круглобокая и свежая Галя, её молодая, выпуклая, мокрая писечка, сочащаяся настойчивым желанием. Такой не нужна была дополнительная смазка! Вот да! Член дёрнулся снова, вставая, но я мысленно дал ему отбой и решил спать.
— ### —
В следующую субботу Галя уже ждала. Хотел написать «дала». Но не всё так просто. Встреча с женой никак не повлияла на её настрой. То ли по жизни она была такая врушка-хохотушка, то ли решила, что жизнь — жизнью, а интрижка — своим чередом. Поэтому, увидев, что приехал я один, сама пошла в атаку:
— Серёжа! Добрый день! Забываю тебя спросить! Ты пасынки-то отрываешь? — и так заботливо и участливо спросила, загляденье.
— Пасынки? А это что такое? — чистосердечно переспросил я, подходя поближе и наблюдая любимые формы.
— У помидоров между листом добавочный стебель вырастает. Его надо удалять, чтобы только основной оставался! — втолковывала Галя, сама заглядывая мне в глаза томным просящим взглядом.
— Может, ты бы мне показала лучше? А не то оторву лишнее невзначай! — сдался я.
— Угу, сейчас забегу! — с готовностью пообещала женщина.
Через минуту она уже была в моей теплице. Помидоры стояли стеной по обеим сторонам, закрывая нас от посторонних глаз. Со стоном Галя кинулась ко мне на шею, подставляя лицо с закрытыми глазами под мои торопливые и жадные поцелуи.
— Я соскучилась! Как я соскучилась! — шептала она, отрываясь от моих губ и снова жадно хватая их ртом. Всё её тело ходило ходуном, источая желание томными подрагиваниями.
Здесь! Сейчас! Я уже не мог ждать. Развернув её, я облокотил её о бочку для полива, стоявшую посередине между рядов, сам схватил за бока, притянув их к себе. Она поняла, наклонилась, выставив зад ещё дальше. Я рывком стянул с неё трико вместе с широкими простыми трусами. Вязкая слизь потянулась ниточкой у неё из промежности на ткань. Это было умопомрачительно, возбуждающе! В следующую секунду я уже нашаривал её вход своим ополоумевшим от желания членом.
Она вертела своим шаром-попкой в нетерпении. И вдруг… я нахожу эту заветную дырочку, на ощупь напоминающую мокрую воронку, и, приставив головку и надавливая, с трудом раздвигаю плотные стенки и овладеваю женщиной!
Мой первый раз. продолжение.