пора! Пусти! Стой! Ах! — Позволив мне последний долгий поцелуй, она выскочила из дома как ошпаренная.
А я бухнулся на диван с пустой звенящей головой, не чувствуя собственных ног и с космическим вакуумом в яйцах.
— ### —
Для меня секс никогда не был самоцелью. Всегда намного сильнее самого процесса будоражила самолюбивую мысль, что женщина предпочла именно меня всем остальным. Может, не полностью, не навсегда, но в эту конкретную минуту.
Наряду с этим сама новизна неизведанного тела, букеты его непривычных ароматов и даже иной, чем привык, объём и мягкость женских форм кружила голову. Галину можно было назвать пышкой, но только в сравнении с моей женой, никогда не вылезавшей за сорок четвёртый размер одежды. Наверное, именно эта непохожесть так сильно заводила меня.
Большая грудь, крутые объёмные бёдра, чуть оплывшее, но такое женственное лицо... воспоминания о них преследовали меня всю неделю. Заезжая поливать огород по вечерам, я питал надежду, что однажды застану соседку, но мы так и не пересеклись.
Поэтому на следующие выходные я возлагал особые надежды, поехав на участок в субботу как можно раньше.
В моём возрасте уже важен не сам процесс, который, как ни изгаляйся, довольно скоротечен, а само ощущение влюблённости — забытое и такое пьянящее, которое преследует, опьяняет дни и месяцы. Неотвязные думы о другой, предвкушение, смакование каждой мелочи о прошедших свиданиях, врезавшихся в, казалось бы, разучившийся восхищаться такими примитивными вещами мозг.
Действительно, что я в жизни не повидал женских кисок или не намялся грудей? Может, неловкий минет был для меня откровением? Вовсе нет. Всё это было: много, часто, особенно по молодости. Когда жена захотела второго, а он всё «не получался», моя домашняя сексуальная жизнь стала даже слишком напряжённой.
И несмотря на всё это, молодая женщина, посмотревшая в мою сторону благосклонно, тут же лишила меня покоя и душевного равновесия. Это даже удивляло, так как я давно решил, что в личном плане потрясения остались далеко позади.
Теперь, как влюблённый мальчишка, я беспрестанно заглядывался на соседний участок, не привезли ли родители на дачу «ту самую девочку». Но никого не было. Даже помидоры, активно тянущиеся вверх в теплице, и те напоминали мне о моей соседке.
Я переночевал, ещё поработал, но, не дождавшись, вернулся домой в тот же день в очень плохом настроении. Глупо, но я злился. На соседку, на обстоятельства, но больше на себя: как на дурака, напридумавшего себе романтичной ерунды, томящегося самца, которого обманули в его ожиданиях. Это было даже смешно, но хотелось плакать. Расстраивался, что такой кретин и не взял у неё телефон, чтобы можно было держать связь…
— Что-то случилось? — пытала благоверная. — Ты сам не свой.
— Неверно переработал, теперь всё тело ломит, — отбрехивался я.
Налил себе подряд три стопки, закусил и, решив, что надо скорее заканчивать эти неудачные выходные пораньше, ушёл спать.
— ### —
В пятницу жена огорошила меня «радостным известием»: праздничный день пришёлся на воскресенье, в субботу она оказалась выходной и решила поехать на дачу вместе со мной. Как в том анекдоте: «поехала с мужем в командировку и испортила ему всю каторгу». Мне хотелось и смеяться над собой, и кусать локти от досады: на эти выходные у меня были совсем другие планы. Потом мстительно подумал, что для Гали появление моей жены будет холодным душем, ответкой за упущенные возможности, и приготовился смотреть спектакль.
Соседи были на месте. По дороге я рассказал о них жене, поэтому она не удивилась. Наоборот, пошла знакомиться. Теперь две женщины мило болтали у забора, а я беспокойно прислушивался, пытаясь угадать ход их беседы.
Эротический этюд 15