Она жила полной жизнью и умела развлекаться. Я же в это время утопала в ненависти к себе, изолировавшись от мира. «Беда любит компанию», как говорится.
Тогда я не понимала, но я была глубоко несчастна. Но не теперь. Я — новый человек.
— С тобой всё в порядке? — Эйприл озабоченно приподняла бровь, так как я секунд десять просто стояла и переосмысливала жизнь вместо того, чтобы ответить.
Смущенно улыбнувшись, я кивнула и осторожно взяла у неё поднос. Сердце ровно стучало под блузкой, когда я входила в гостиную. Я почти привыкла ходить на каблуках, но поднос был дополнительным испытанием. С каждым шагом он становился всё тяжелее, и я бы умерла от стыда, если бы его уронила.
К счастью, обошлось. Я быстро поставила серебряное блюдо на кофейный столик и попыталась поскорее убраться с дороги. Я знала, что мужчины не любят, когда им загораживают телевизор. К моему удивлению, чья-то рука перехватила моё запястье, с легкостью обхватив тонкое предплечье.
— Это и правда ты, Джозеф? — спросил дядя Стив, его глаза так и светились насмешкой. Он никогда меня не любил и, должно быть, получал массу удовольствия от всей этой ситуации.
Я не ответила, лишь невозмутимо встретила его взгляд. Честно говоря, я и сама не знала, как ответить на этот вопрос.
— Твой отец как раз говорил, что это был камень желаний? — допытывался он. Папа сидел рядом со Стивом, так что мне было спокойнее. Хотя отец не отрывался от футбола, я знала — он подслушивает и приглядывает за мной.
Неловко кивнула, нервно сглотнув. Физический контакт со Стивом меня всё еще напрягал, я чувствовала себя беззащитной.
Он отпустил мою руку и хохотнул:
— И при этом мы до сих пор не миллиардеры!
Закатив глаза, я поникла плечами и сделала шаг в сторону кухни. Не было желания выслушивать его бредни.
— Эй, эй, постой. Я просто пошутил, — продолжил он, хотя я упорно избегала его взгляда. — Прости, Джоанна. — Он сделал особое ударение на моем новом имени, будто гордился тем, что запомнил его. — Спасибо, что принесла еду. Ты хорошая племянница. — Его голос звучал серьезно... даже искренне. Впервые в жизни я слышала, чтобы он за что-то извинялся.
Неужели он это серьезно? Он меня не ненавидит?
«Окей», — произнесла я губами, выдавила короткую улыбку и юркнула на кухню.
Боже, как же это было неловко, но в итоге всё прошло куда лучше, чем я ожидала. Кажется, все в семье из кожи вон лезли, чтобы я чувствовала себя принятой... и я никак не могла понять, почему. С их точки зрения, я — самый несносный член семьи — взял камень желаний, превратил себя в девчонку, а потом еще и лишил себя голоса. Я была уверена, что ко мне будут относиться как к изгою или идиоту... но нет.
Может, это сон? Я ущипнула себя за руку, чтобы убедиться: всё это чистая правда.
За ужином я помогала разносить еду и накрывать на стол. Я больше всего боялась этого момента, думала, буду чувствовать себя прислугой... но этого не случилось. В конце концов, кто-то же должен накрывать на стол. Наоборот, родственники — особенно женщины — оценили мою помощь. Немного досадно, что от меня стали ждать готовки и всего такого, как только я стала девушкой.
Вроде бы двадцать первый век на дворе? Но впервые за всё время на таких ужинах люди были рады моему присутствию, и это было невероятно приятно.
Желудок у меня стал поменьше, да и социальное давление «есть побольше мяса» исчезло, так что я расправилась со своей порцией довольно быстро.
Майя