раздвинула сухие, неподготовленные складки и вошла внутрь. Настя вскрикнула, впиваясь пальцами в стол. Он был огромен, и он входил медленно, с болезненной неумолимостью, заполняя её до самого предела. Когда он вошёл полностью, она чувствовала, как её внутренности смещаются под этим напором.
Он замер на секунду, наслаждаясь теснотой, потом начал двигаться. Короткие, резкие толчки, которые колотили её о край стола. Он не искал её удовольствия. Это было использование. Чистое и простое. Его живот шлёпался о её ягодицы с глухим, влажным звуком. Его дыхание стало тяжёлым, хриплым. Одной рукой он вцепился ей в бок, другой — в волосы, стаскивая резинку и распуская её высокий хвост, чтобы лучше контролировать её голову.
«Вот... вот так... начальственная дырка... — выдыхал он, ускоряясь. — Всё по графику... по наряду...»
Боль постепенно притуплялась, сменяясь странным, оглушающим онемением. Настя уткнулась лицом в холодный стол, её тело болталось, как тряпичная кукла, в такт его грубым тычкам. Она думала о Коле. О том, как он сейчас там, на холоде. «Что бы не пришлось пережить моему телу...» Это и переживало. Только тело.
Его движения стали хаотичными, рывками. Он глухо зарычал, вогнал в неё себя до упора и замер, его тело задрожало в серии мощных спазмов. Она почувствовала, как что-то горячее и жидкое заполняет её внутри. Он пробыл там ещё несколько секунд, потом резко вынул член. Что-то тёплое и липкое сразу же вытекло по её внутренней стороне бедра на пол.
Не сказав больше ни слова, лишь тяжело отдышавшись, он застегнул ширинку, поправил брюки и вышел, отодвинув занавес.
Настя так и осталась согнувшись, опираясь на стол, не в силах пошевелиться. Боль и ощущение грязной полноты внутри были всепоглощающими. Но долго приходить в себя ей не дали.
Буквально через минуту занавес снова отодвинулся. Вошёл Сергей. Молодой бурильщик уже был возбуждён, его рабочие штаны расстёгнуты, а из-под растянутой резинки кальсон торчал его толстый, прямой член, налившийся тёмно-багровым цветом. На его лице была нетерпеливая, хищная улыбка.
«Освободился бригадир? Отлично. Моя очередь на медосмотр».
Он даже не дал ей выпрямиться. Подошёл сзади, увидел сперму, вытекающую из её покрасневшей, приоткрытой щели, и хмыкнул. «Ну, я в грязную не лезу. Ротиком, красавица. Как вчера. Только сегодня ты сама».
Он подошёл к ней сбоку, взял за подбородок и повернул её лицо к своему животу. Запах кожи, пота, мужской силы ударил ей в нос. «Открывай. Широко».
Она покорно открыла рот. Он направил головку члена к её губам, потёр ею, размазывая каплю смазки, потом грубо протолкнул вперёд. Он был не так широк, как у Семёна Семёныча, но длиннее. Он глубоко вошёл ей в горло, заставив её снова подавиться. Сергей застонал от удовольствия.
«Да... вот так... помнишь, как в душе? — он начал двигать бёдрами, вводя и выводя член из её рта. — Ты тогда так славно сосала... аж до слёз. Ну-ка, покажи, как научилась».
Он взял её за волосы, собрав их в кулак, и начал направлять её голову в том ритме, который был удобен ему. Настя старалась расслабить горло, старалась дышать носом. Слюна текла по её подбородку, смачивая его руку. Звуки были неприличными, влажными, и она чувствовала, как нарастает тошнота, но она глотала её, сосредотачиваясь на дыхании.
Сергей был менее терпелив, чем бригадир. Он быстро вошёл в ритм, его бёдра хлопали по её лицу, головка члена билась о её нёбо. «О, да... ты становишься профессионалкой... — выдыхал он. — Глотай глубже... да, вот так...»
Его рука на её затылке прижала её сильнее, зафиксировав на самой глубине. Он сделал несколько коротких, резких толчков и закричал, кончая ей прямо
Необычные похождения моей киски и её друзей. Часть - 6