«Из того, что Шивон рассказала мне о том, как ты выбросил её вещи на крыльцо и сбежал, — говорил он в голосовом сообщении, — очевидно, что ты лишь укрепил моё и без того невысокое мнение о тебе как о мужчине и подтвердил, что являешься именно тем слабаком, каким я тебя всегда и считал.
Твоя жалкая попытка помешать плавному развитию наших с твоей женой отношений — лишь небольшой камень на дороге. Я разберусь с этим, как только выдастся свободная минута. Не сомневайся: твоя милая жена вернётся в свой дом в течение нескольких дней.
Хотя ты и слабак, должен признать — далеко не дурак. Мне было приятно видеть, что ты мгновенно сообразил, что означает рассадка, когда наконец присоединился к нам в твоём жалком подобии гольф-клуба в субботу вечером. Вид озарения на лице рогоносца, который вдруг понимает, что его жизнь изменилась, всегда доставляет мне удовольствие.
По твоей реакции было очевидно: вот он, твой момент истины. Тот едва заметный шаг назад, когда до тебя вдруг дошло, что происходит, — это был приятный момент. Он говорил мне, что работа по соблазнению Шивон была выполнена безупречно. До той секунды ты не имел ни малейшего представления.
Должен признать: я был разочарован, что ты не пришёл на ужин в «Boathouse». Но после того, что рассказал твой брат за столом, удивлён не был. Впрочем, судя по его словам, я думал, что ты всё же явишься — хотя бы чтобы бросить мне вызов. Ничего, время ещё будет. Я видел, как укрощали мужчин куда более серьёзных, чем ты.
Хотя даже если бы ты и пришёл — никакой разницы. Шивон всё равно оставила бы тебя стоять с членом в руке. Никакие твои доводы не помешали бы нам провести этот уикенд вместе.
И каким же он выдался. Мы трахались до потери памяти с субботнего вечера. Единственное, чего не хватало для полного счастья — делать это в твоей постели и на твоих глазах.
Но ничего. Это ещё случится — и очень скоро. Вот тогда твоё унижение будет полным. К тому времени, как ты закончишь нас подтирать после нашего соития, ты станешь именно тем покорным рогоносцем, каким я тебя и задумал.
До сих пор ты носил рога, не подозревая об этом, — я вешал их на тебя последние пару лет. Как только ты примешь своё место в этой системе, жизнь станет куда проще для всех нас.
Это не значит, что твой брак закончится. Ты и Шивон останетесь мужем и женой. Единственный минус — по крайней мере, с твоей точки зрения — в том, что супружеских радостей тебе больше не видать. Они будут зарезервированы для меня. Спать вы, впрочем, будете по-прежнему в одной постели.
Единственное исключение — мои визиты. В такие дни ты будешь спать на полу у подножия нашей кровати, как и подобает послушному рогоносцу, и будешь готов подтереть нас, когда потребуется. Если делать это добровольно откажешься — тебя привяжут к стулу и заставят наблюдать за нашей любовью, выполняя свои обязанности лёжа на спине, не вставая со стула.
Само собой, любое сопротивление будет наказано».
— Очень в этом сомневаюсь, старина, — тихо проговорил я про себя, слушая его угрозы. — Первая попытка сунуть свой хер мне в рот станет последней. А при первой же попытке сделать из меня добровольного рогоносца ты уедешь в мешке для трупов с половиной своего члена, засунутой тебе же в задницу... и твоя секс-рабыня составит тебе компанию.
«О, — продолжал он, — даже не думай уходить от нашей
Малыш