с сигаретой, буквально впился взглядом в её попку. Она шла впереди меня, куртка слегка распахнулась, джинсы обтягивали каждую ягодичку. Парень даже забыл затянуться. Я почувствовал, как член дёрнулся в штанах. «Смотри, смотри, — подумал я. — Она моя. Но сегодня... сегодня она будет не только моей».
В магазине мы взяли три бутылки сухого красного — она сама выбирала, наклоняясь к нижней полке, и я видел, как джинсы натянулись на попке так, что шов врезался между ягодиц. Продавщица улыбнулась:
— Хороший выбор. Для девичника?
— Ага, — Оля рассмеялась. — Девчонки будут рады.
Я заплатил, мы вышли. В пакете звякнуло стекло. Оля взяла меня под руку, прижалась.
— Знаешь, иногда я думаю, как мне повезло с тобой, — сказала она тихо, когда мы сели обратно в машину. — Ты не злишься, не устраиваешь сцен. Просто везёшь меня, улыбаешься. Я тебя так люблю, Олеж. Правда. Больше жизни.
Она наклонилась и поцеловала меня в щёку, потом в губы — долго, нежно, с лёгким вкусом вишнёвой помады. Её рука легла мне на грудь, потом ниже, на живот, пальцы скользнули по ремню.
— Если бы не надо было ехать... — прошептала она мне в губы.
— Знаю, — я улыбнулся, хотя внутри всё кипело. — Но ты же обещала позвонить. Я приеду и заберу свою пьяную, красивую жену.
Она засмеялась, откинулась на сиденье.
— Обещаю. И буду очень-очень послушной, когда вернусь.
Мы ехали по вечернему городу. Фонари уже горели, в окнах домов светились огоньки. Оля включила погромче музыку и начала подпевать, слегка покачиваясь в такт. Её волосы рассыпались по плечам, куртка распахнулась, и я то и дело бросал взгляды на её грудь, на то, как кофточка облегает маленькие холмики. Я думал о том, как через несколько часов она будет звонить мне пьяным голосом. Как я повезу её домой. Как она, возможно, уснёт в машине. И как потом... потом я увижу её такой, какой её ещё никто не видел. Кроме меня.
Мы подъехали к дому подруги. Девятиэтажка в спальном районе, у подъезда уже стояли две машины. Оля взяла пакет с вином, повернулась ко мне.
— Ну всё, милый. Спасибо, что довёз. Я тебя очень люблю. — Она обняла меня за шею, поцеловала глубоко, страстно, её язычок скользнул по моему. — Не скучай сильно. Я скоро позвоню.
— Будь осторожна, — сказал я, хотя внутри уже дрожало предвкушение. — И пей, но не слишком.
Она рассмеялась, вышла из машины. Я смотрел, как она идёт к подъезду — лёгкая, грациозная, попка колышется в обтягивающих джинсах, чёрные волосы развеваются. Подруга уже открыла дверь, они обнялись. Оля обернулась, помахала мне рукой и послала воздушный поцелуй.
Я сидел в машине ещё минуту, глядя на закрывшуюся дверь. Сердце стучало сильно и неровно. В голове крутилась одна мысль, грязная, сладкая, запретная:
«Сегодня она напьётся. Сегодня она будет совсем беззащитной. И кто знает... может, я наконец позволю себе то, о чём думаю уже давно».
Я завёл мотор и поехал домой. В салоне ещё пахло её духами. А внутри меня уже разгорался настоящий пожар.
Я вернулся домой около десяти вечера и сразу почувствовал, как тишина квартиры давит на грудь. Без Оли всё казалось пустым и неправильным. Свет я не включал — только торшер в гостиной и телевизор на минимальной громкости. На экране мелькали какие-то новости, но я не видел ничего. Сидел в кресле, вертел в руках телефон и каждые три минуты проверял время. Сердце уже стучало чаще обычного. Я знал, что она позвонит. Обещала. Но внутри меня уже разрасталось то самое предвкушение, которое я
Драка с тёщей