принимая, привыкая. Когда он вошёл до конца, я застонала — не от боли, от удовольствия, от того, как полно я стала. Чувствовала, как его член пульсирует внутри меня, как он лежит там, твёрдый, живой. Роман в это время продолжал двигаться у меня во рту — ритмично, глубоко, не сбиваясь. Я сосала, водила языком по головке, по стволу, чувствуя, как его член становится твёрже, когда я сжимаю губы посильнее или вбираю глубже, до горла.
Я была между ними. Два члена — во рту и в анусе. Моё тело содрогалось от каждого движения — их ритмы не совпадали, и это сбивало дыхание, заставляло моё тело метаться между ними, ловить то один толчок, то другой, не зная, на ком сосредоточиться. Мне нравилось. Нравилось, как они заполняют меня с двух сторон, как их движения не синхронны, как я пытаюсь подстроиться под обоих сразу. Нравилось быть в центре, быть желанной, нужной. И себе тоже нравилось — моё тело отвечало влагой, пульсацией, короткими спазмами внутри.
Я закрыла глаза и отдалась этому чувству. Страх ушёл — осталось только тело. Горячее, мокрое, пульсирующее. И их члены внутри меня, живые, твёрдые, горячие. Я хотела большего. Я хотела, чтобы они двигались быстрее, глубже, жёстче. Я хотела кончить — и знала, что кончу. Вопрос был только когда.
Аркадий начал двигаться в анусе — медленно, глубоко, не торопясь. Роман двигался в моём рту, чаще, мельче. Я сжималась вокруг них обоих, ловя ритм, пытаясь сделать его общим. Внутри нарастало что-то тёплое, тягучее, как жидкий огонь, который поднимался откуда-то из живота и растекался по бёдрам, по спине, по груди — везде, куда доставало возбуждение. Я знала, что это только начало. И я ждала. С нетерпением, с дрожью в коленях, с закушенной губой.
Они поменялись. Аркадий лёг на диван, на спину, и я села на него сверху, лицом к нему. Опустилась — его член в презервативе вошёл в вагину, глубоко, сразу. Я выдохнула, опираясь руками на его грудь. Он был горячим, потным, под пальцами чувствовалось, как бьётся сердце — ровно, сильно, спокойно, как будто он не меня трахал, а делал утреннюю зарядку. Я на секунду замерла, привыкая к его толщине, к тому, как он заполнил меня до самого дна. Латекс притуплял ощущения, но не убивал их — я чувствовала его внутри, твёрдого, горячего, чужого.
Мне было страшно. Я боялась, что они порвут меня. Боялась, что я не выдержу — физически, эмоционально, не знаю. Боялась, что мне понравится. Понравится то, что меня используют, что я между ними, что я не контролирую ничего. Мои пальцы впились ему в плечи, ногти царапали кожу, оставляя белые полосы.
Роман встал сзади на колени. Я не видела его, только чувствовала — его дыхание на своей спине, горячее, частое, его руки, которые легли на мои бёдра, широко, уверенно, пальцы сжались, оставляя следы. Его член в презервативе упёрся в мой анус — твёрдый, скользкий от геля. Головка надавила. Я напряглась — мышцы сжались сами, без команды, защищаясь. Роман не торопился. Ждал, замер, давая мне время. Я слышала, как он дышит — спокойно, терпеливо, как дрессировщик, который ждёт, когда зверь успокоится.
Двойное проникновение. Я видела это только в порнороликах на экране ноутбука, когда листала сайты по ночам, зажмурившись от стыда, под одеялом, с колотящимся сердцем. Две женщины, два мужчины, два члена в одну — тогда это казалось чем-то далёким, почти фантастическим, из другой жизни, которую я никогда не узнаю. А теперь это происходило со мной. Здесь. Сейчас. С двумя мужиками, которых
Семейное развлечение