кто-то, кто сделает всё правильно. Сделает её счастливой, даже если эти руки — не его руки.
Он отогнал мысль, показавшуюся слишком запутанной для позднего вечера, и кликнул на первый попавшийся сайт с хорошими отзывами. «Студия “Эдем”. Массаж в четыре руки. Два опытных мастера. Глубокое расслабление». На фото были спины, много света и чьи-то широкие запястья. Дмитрий задержал взгляд на этих запястьях, потом выдохнул и набрал номер для записи.
Когда Анна вышла из ванной — в халате, с влажными волосами и немного порозовевшей от горячей воды кожей, — он уже отложил телефон и встретил её виноватой улыбкой, которую она не заметила.
— Всё? — спросила она, имея в виду что-то неопределённое: и ужин, и день, и жизнь вообще.
— Всё хорошо, — ответил он. — Я нашёл для тебя массаж.
— Четыре руки? — она хмыкнула, как будто пошутила.
— Четыре, — подтвердил он, и в этот момент понял, что хочет этого не меньше, чем она.
Где-то глубоко, под слоем заботы и усталости, в нём зашевелилось любопытство. Он хотел увидеть её лицо после сеанса — расслабленное, как тогда, на песке. И если для этого понадобятся четыре руки, он заплатит за четыре. И за пять. И за десять. Потому что, кажется, её удовольствие — это и есть то, из чего состоит его собственное.
Анна подошла, положила голову ему на плечо, и на секунду Дмитрий почувствовал, как тяжесть её уставшего тела передаётся ему. Но теперь эта тяжесть не давила, а, наоборот, придавала сил.
— Спасибо, — прошептала она ему в шею.
— Пока не за что, — ответил он.
Но про себя уже знал: это будет не просто массаж.
Дмитрий проснулся от того, что кровать рядом с ним была пуста. Ещё не открыв глаз, он провёл ладонью по простыне — та уже остыла, значит, Анна встала как минимум полчаса назад. Часы на тумбочке показывали начало десятого утра, суббота. Суббота! В обычный выходной жена спала до одиннадцати, а то и до полудня, сворачиваясь калачиком под одеялом и бормоча что-то неразборчивое в ответ на его попытки расшевелить её запахом кофе. Но сегодня была не обычная суббота. Сегодня был день массажа.
Он накинул халат и вышел в коридор. Из ванной доносился шум воды — душ работал на полную мощность, но не равномерно, а с паузами, словно Анна то включала, то выключала его. Дмитрий постоял у двери, прислушиваясь. За шумом воды угадывались и другие звуки: шорох, звяканье, что-то похожее на жужжание. Жужжание? Он нахмурился и тихонько постучал.
— Анют, у тебя всё в порядке?
— Да-да! — ответила она слишком поспешно. — Я просто... готовлюсь.
— К двенадцати часам? — удивился он. — У нас ещё куча времени.
— Ну и что? — донеслось сквозь дверь. — Хочу быть расслабленной заранее.
Дмитрий пожал плечами и отправился на кухню варить кофе. Но любопытство уже поселилось где-то под рёбрами и тихонько там посасывало. Что значит — готовлюсь? Обычно Анна собиралась куда-либо за сорок минут, и это включало душ, макияж и выбор платья. А сейчас она торчала в ванной с самого утра.
Кофе был готов и наполовину выпит, когда дверь ванной наконец открылась. Анна появилась в коридоре, закутанная в банный халат, с полотенцем-тюрбаном на голове, и сразу свернула в спальню, бросив ему на ходу:
— Я ещё минут двадцать.
— Ты с восьми утра в ванной.
— Там было много дел.
— Каких дел? — не удержался он.
Но ответом ему была закрытая дверь спальни.
Дмитрий допил кофе, походил по гостиной, полистал телефон, чувствуя, как растёт внутри странное, незнакомое беспокойство. Оно не было похоже на
Первый раз незабываемо...