– Игорь, перестань. Если бы не ты, я бы согласилась на ещё более откровенные кадры. Я хотела попробовать что‑то ещё более смелое – например, с фаллоимитатором на фоне природы... Но ты начал спорить, критиковать, сбивать настрой. Ты всё испортил!
Сергей Сергеевич:
– Вот именно! Вы, Игорь, сдерживаете потенциал Маши. Её творческую энергию, её сексуальность. Вместо того чтобы восхищаться, вы пытаетесь её контролировать. За ваше неудовлетворительное поведение я накажу вас – запрет на интимную близость продлевается ещё на один месяц. Это даст вам время переосмыслить своё отношение к жене и научиться уважать её свободу самовыражения.
Игорь (глухо, с болью в голосе):
– Вы не можете так распоряжаться нашими отношениями!
Сергей Сергеевич:
– Могу, Игорь. И делаю это.
Игорь:
– Но это несправедливо! Я не позволю так с собой обращаться! Мы так не договаривались!
Сергей Сергеевич (делает паузу, голос становится гневным):
– Вы вспомнили про наши договоренности, Игорь. Что ж, хорошо. Я хотел остановиться на одном наказании – временном запрете на интимную близость – но теперь вижу, что этого недостаточно. Что ж продолжим разбор полётов.
Сергей Сергеевич вызывает дворецкого, тот тут же возникает в дверях.
Пётр Ильич:
– Вызывали, Сергей Сергеевич?
Сергей Сергеевич:
– Да, Пётр Ильич, заходите. Мы тут беседуем с Игорем об его неудовлетворительном поведении, хочу, чтобы вы поприсутствовали и высказали своё мнение. (Сергей Сергеевич холодно смотрит на Игоря.) Игорь, мне поступили жалобы на ваше поведение не только от фотографа, Пётр Ильич также доложил, что вы уклоняетесь от исполнения возложенных на вас обязанностей и проявляете неуважение к установленному в доме порядку.
Игорь (вскидывает голову, голос звучит резко):
– Пётр Ильич пожаловался? На что именно?
Сергей Сергеевич:
– На то, что вы отказались участвовать в общей уборке дома, проигнорировали просьбу помочь протереть пыль в парадной гостиной и позволили себе оскорбительные высказывания в адрес дворецкого. Пётр Ильич, подойдите и подтвердите.
Пётр Ильич подходит к столу, склоняет голову перед хозяином.
Пётр Ильич:
– Всё верно, Сергей Сергеевич. Вчера утром я обратился к Игорю Павловичу с просьбой помочь в генеральной уборке – протереть антикварные статуэтки в гостиной и пропылесосить ковры в холле. Он отказался, сославшись на то, что «не нанимался в уборщики». А позже, когда я попросил его вынести мусор из гостевых комнат, он ответил, что «не намерен выполнять работу уборщика».
Игорь:
– Это неправда! Я просто сказал, что не понимаю, почему я должен таскать мусор?
Пётр Ильич (почтительно, но твёрдо):
– Вы были предупреждены, что участие в поддержании порядка в доме – обязательное условие проживания здесь. Все обитатели должны вносить свой вклад: помогать с уборкой, участвовать в подготовке мероприятий. Вы же демонстративно отказались.
Маша (презрительно вскидывает бровь):
– Игорь, неужели ты действительно вёл себя так... недостойно? Отказываться помогать с уборкой – это так мелко.
Игорь:
– Мелко? А что достойно? Подчиняться дворецкому? Выполнять чёрную работу?
Сергей Сергеевич (спокойно, но с угрозой в голосе):
– В этом доме, Игорь, достоинство определяется не происхождением, а соблюдением правил. Вы живёте здесь на моих условиях. И эти условия включают участие в жизни дома. Вы же систематически уклоняетесь.
Игорь:
– Я не уклоняюсь! Я просто не вижу смысла в том, чтобы драить полы и выносить мусор.
Сергей Сергеевич:
– Смысл в порядке, Игорь. В иерархии. В уважении к правилам, которые я установил. И раз вы не способны осознать это добровольно, я помогу вам это понять.
Маша:
– Игорь, ты действительно отказываешься от участия в общих делах, считая их ниже своего достоинства? Но разве забота о доме – это унижение?
Игорь (поворачивается к жене, голос звучит горько):
– Забота о доме? Ты называешь это заботой? Ты хочешь, чтобы я стал слугой? Чтобы пресмыкался перед дворецким?
Тимур и его команда I. Часть 8. Конкурс