контраст между чёрным кружевом и светлой кожей. При ходьбе чулки красиво натягивались, подчёркивая форму ног — от щиколоток до самых верхушек бёдер. Она чувствовала, как ткань чулок слегка трется о внутреннюю сторону бёдер, и это только сильнее возбуждало её.
Она шла медленно, почти крадучись, чувствуя, как с каждым шагом между ног становится всё мокрее. Трусики-стринги уже слегка промокли и неприятно-возбуждающе прилипали к киске. Она слегка сжимала бёдра при ходьбе, наслаждаясь этим ощущением. Ей нравилось, как она выглядит сейчас — в чёрном белье, в чулках и коротком халатике, который едва прикрывает жопу. Она шла к сыну именно в таком виде, и эта мысль сильно заводила её.
Дойдя до его комнаты, она остановилась у приоткрытой двери. Изнутри доносился тихий звук видео. Екатерина замерла на секунду, чувствуя, как сильно и быстро бьётся сердце. Она ещё раз провела ладонью по своей груди, слегка сжала сосок и тихо выдохнула. Потом медленно толкнула дверь, вошла и тихо закрыла её за собой.
Максим сидел за компьютером в одних трусах. На экране зрелая женщина на коленях глубоко заглатывала член. Екатерина смотрела на это несколько секунд, чувствуя, как внутри у неё всё сжимается и становится горячо и мокро. Потом тихо вошла и закрыла за собой дверь.
Максим дёрнулся, резко потянулся к мышке, но было уже поздно. Он обернулся, и лицо мгновенно залилось краской. Рот открылся, но ни звука не вышло.
— Макс... — тихо произнесла она. Голос дрожал, но не от страха.
Он смотрел на неё снизу вверх, не в силах отвести взгляд. Халатик был расстёгнут достаточно, чтобы видно было глубокое декольте и тёмные кружева бюстгальтера. Его глаза невольно скользнули туда, и она это заметила. Между ног у неё отозвалось тяжёлым, пульсирующим теплом.
— Ты опять смотришь такое... — сказала она мягко, без осуждения. Сделала шаг ближе. — Уже не первый раз.
Максим крепко сжал колени. Член в трусах заметно дёрнулся и начал быстро твердеть, выпирая ткань. Он отвёл глаза, но дыхание стало частым и неровным.
— Мам... я просто... — выдавил он хрипло.
— Я знаю, что у тебя нет девушки, — тихо прервала его Екатерина. Ещё один шаг. Теперь она стояла совсем близко. — И что ты часто мастурбируешь. Я слышу тебя по ночам. И вижу следы.
Он покраснел ещё сильнее, до ушей. Она помолчала, глядя на него сверху вниз. Внутри у неё всё горело — стыд, страх и такое сильное, тяжёлое желание, что колени слегка дрожали.
— Тебе уже двадцать, — продолжала она ниже, почти шёпотом. — Тебе пора узнать, как это бывает по-настоящему. Не только смотреть на экране и трогать себя. Иначе ты так и будешь стесняться всю жизнь... а мне этого не хочется.
Максим смотрел на неё, не мигая. Его грудь быстро поднималась.
Екатерина медленно развязала пояс халатика. Ткань разошлась. Она не сняла его полностью — просто села прямо на край его компьютерного стола, отодвинув в сторону клавиатуру и мышку. Села широко, поставив ноги на края выдвижной полки под столом. Халатик полностью раскрылся, и теперь он видел всё: тяжёлые сиськи в полупрозрачном чёрном кружеве, твёрдые тёмные соски, гладкую киску и мягкий живот.
— Я могу тебя научить, — сказала она тихо, но твёрдо. — Если хочешь. По-настоящему. Чтобы ты потом не боялся. Чтобы знал, как правильно трогать женщину... как заставить её хотеть тебя.
Максим смотрел на неё снизу вверх. Его лицо горело. Он открыл рот, но сначала не смог выдавить ни слова. Только тяжело сглотнул.
— Мам... я... — голос сорвался на хрип. — Я не знаю, как... Я никогда...
История одной охоты