вниз. Её большой палец медленно провёл по его нижней губе, собирая остатки её соков, и она сунула палец ему в рот, заставляя пососать.
— Ты хорошо поработал языком, сынок... — тихо, чуть хриплым голосом сказала она. — Но мы только начали. Теперь ты будешь трахать меня. Медленно. Глубоко. А потом... — она слегка надавила пальцем на его язык, — потом ты снова будешь вылизывать. Уже после того, как кончишь мне в киску. Всё до последней капли. И ты будешь глотать каждую каплю своей спермы, смешанную с моими соками. Понял?
Максим дрожал. Член пульсировал так сильно, что было больно. Он молча кивнул, глядя на неё снизу вверх с мокрым лицом и глазами, тяжёлыми от долгого возбуждения.
— Теперь иди сюда, — хрипло приказала она. — Мама хочет тебя в рот. Руки за спину. И не смей кончать, пока я не разрешу.
Он послушно забрался на кровать на коленях. Она села, крепко взяла его за волосы одной рукой, а второй обхватила член у самого основания. Медленно провела языком от тяжёлых, напряжённых яиц вверх по стволу, слизывая густые струйки смазки. Потом обхватила головку губами и начала медленно засасывать, глядя ему прямо в глаза. Она взяла его глубоко, почти до горла, и слегка задержалась там, давая ему почувствовать, как её горло сжимается вокруг головки.
— Ммм... — тихо простонала она с членом во рту. Щёки сильно втянулись, язык активно работал по нижней стороне. Она двигала головой медленно и глубоко, иногда слегка поворачивая её, иногда посасывая только головку, проводя языком по чувствительной уздечке. Одна рука крепко держала его за волосы, не давая ему двигать бёдрами. Вторая рука медленно и сильно массировала яйца, слегка сжимая их.
Она оторвалась на секунду, губы блестели и были опухшими.
— Ты такой твёрдый... и горячий... и весь дрожишь, — прошептала она хрипло. — Мама сосёт своего сына, а он не может даже пошевелиться. Ты чувствуешь, как я тебя беру глубоко? Я могу держать тебя в горле сколько захочу. И ты будешь терпеть. Потому что твой член теперь мой.
Она снова взяла его в рот и начала сосать уже жёстче и глубже. Иногда слегка покусывала головку губами, иногда водила языком по всей длине, обильно смачивая его слюной. Слюна стекала вниз по стволу и по её пальцам. Максим тяжело дышал, пальцы судорожно сжимали простыню за спиной. Она чувствовала, как он уже на самом краю.
— Хватит, — резко сказала она, отстраняясь и крепко сжимая основание его члена пальцами, останавливая приближающийся оргазм. — Ты будешь кончать только туда, куда я скажу. Ложись на спину. Сейчас.
Он быстро лёг. Она сняла промокшие чёрные стринги, забралась сверху и села на него, прижимая его запястья к кровати своими коленями. Взяв член рукой, она медленно, очень медленно начала опускаться. Толстая головка раздвинула её мокрые, набухшие губки и стала входить. Она тихо, протяжно застонала, когда он начал заполнять её.
— Охх... да... вот так... медленно... я хочу чувствовать каждую твою вену... каждую пульсацию... — прошептала она, опускаясь ниже. Когда он вошёл примерно наполовину, она слегка повела бёдрами, и толстая пробка внутри неё ощутимо надавила на его член через тонкую стенку. — Чувствуешь? Пробка сидит глубоко в моей попе... она сейчас сильно давит на твой член изнутри. Когда ты войдёшь полностью, мне станет совсем тесно. И тебе тоже.
Она полностью опустилась на него, крепко сжала его внутри мышцами и посмотрела ему в лицо. Глаза у неё были тяжёлые, дыхание частое. Колокольчик на чокере тихо звенел при каждом её движении.
Моя месть