— пробормотал он сам себе. — А подойти и просто сказать «привет» мозгов не хватило.
Домой он вернулся с твёрдым намерением найти её.
Только вот как искать человека, которого ты видел один раз и даже имени не знаешь?
Эта неизвестность поначалу сводила его с ума.
А потом случилась зимняя олимпиада по информатике, куда они поехали вдвоём с Маринкой. В гостинице произошла накладка с номерами. На бумагах имена были сокращены до первой буквы, а из-за фамилий администратор почему-то решил, что в комнату заселяются два парня.
Выяснилось это уже тогда, когда ключ был выдан.
— Ну всё, Ярош, — Маринка, стоя посреди номера с сумкой, огляделась по сторонам. — Нас судьба поселила вместе.
— Не судьба. Ошибка администратора.
— Судьба, Ярош, - он хихикнула. - Звучит романтичнее.
Они тогда долго смеялись, отнимая друг у друга одеяло, кидались подушками, а потом говорили почти полночи. Тогда-то Сашка и рассказал Маринке о загадочной фигуристке.
— Ой, Сань, забей, - фыркнула она. – Нафига тебе эта ледяная богиня, когда есть я?
— А когда появляется Славик, то тебя у меня нет, - ответил Сашка.
— Ярош, не ревнуй, - расплылась в улыбке Маринка, забираясь на него сверху. – Этот придурок никогда не получит того, что имеешь ты.
В темноте номера её глаза блеснули, как у кошки, и он уже примерно понимал, чем всё это может закончиться.
Сначала они долго целовались, потом Маринка начала опускаться ниже, продолжая покрывать его тело поцелуями, пока не добралась до трусов.
— Шарай, ты с ума сошла? – зашипел Сашка, прикрываясь руками.
Убрав его руки, со словами:
— Давай, не прячь своего головастика...
Она стащила с него трусы и припала губами к его возбуждённому члену.
У Сашки в голове всё перевернулось.
Когда Маринка переходила привычные границы, Сашке становилось уже не до каких-то других богинь. Та загадочная фигуристка, казавшаяся ещё недавно почти идеальной, за несколько секунд превратилась в картинку где-то на заднем плане.
Доведя его до финала, она поднялась, сходила в ванну, почистила зубы и вернулась к нему под бочок.
— Извини Ярош, у меня месячные, - доложила с улыбкой Маринка. - Больше ничем помочь не могу.
Сашка молча обнял её сзади и уткнулся носом в макушку. Что он мог сказать? На то что произошло-то не рассчитывал.
Они ещё немного поговорили о Маринкиных родителях, о том, что будет после школы. Тогда Маринка почти в полудрёме призналась, что боится его потерять. Боится, что они разъедутся по разным городам и всё закончится. Сашка ничего не ответил. Но запомнил.
Вернувшись с олимпиады, забрав победу, они оба старательно делали вид, что ничего не произошло. Снова подкалывали друг друга, спорили о ерунде, смеялись вместе с одноклассниками.
Если Сашке удавалось держать себя в руках, Маринка, напротив, словно решила проверить, сколько у него вообще существует терпения. Она могла при всех обнять его, положить голову на плечо и прошептать что-нибудь такое, от чего у него начинали гореть уши. Потом невинно улыбалась и, кивая на их разнополых близнецов, напоминала:
— Мы же «брат и сестра». Значит, тоже можем так же.
И вот наступило долгожданное лето. Лето, которое дышало свободой, пахло нагретой солнцем пылью и обещало приключения.
Но приключения как-то резко закончились – перестала появляться Маринка. В переписке она сообщила, что поссорилась с матерью и получила неделю домашнего ареста.
Сашка тогда впервые за долгое время остался совсем один. Друзья разъехались кто куда: кто на море с родителями, кто в деревню к бабушкам, а кто и вовсе в летние лагеря вожатым. Пару дней он валялся на диване, листал ленту в телефоне и злился на то, что Маринка сидит под замком. Её сообщения приходили редко,
Чудесный день 7 марта. часть 2