Палатки поставили быстро — все уже наловчились. Ту же большую мужскую на десять человек, ту же женскую, и две отдельные — мамину и Виктора Петровича. Виктор снова поставил их рядом, на этот раз ещё ближе друг к другу. Он явно рассчитывал на повторение вчерашнего.
Но вчерашнее уже не повторится. Он просто ещё не знал.
Новость разлетелась мгновенно. Света и Марина, вернувшись с лесной поляны, не могли держать язык за зубами. Их лица — раскрасневшиеся, с блестящими глазами и всё ещё влажными губами — говорили сами за себя. Достаточно было одного вопроса «Ну что?», чтобы они выложили всё.
— Она показала нам... всё, — шептала Света, собрав вокруг себя кружок девушек. — Абсолютно всё. Грудь, пизду, жопу. Она голая стояла перед нами. Как богиня.
— Охренеть, — выдохнула Оля.
— И это ещё не всё, — продолжала Света. — Она сказала, что сегодня ночью придёт к парням. В большую палатку. И хочет их всех. Всех, кто захочет.
— Всех? — переспросила Карина.
— Всех. Кто захочет. Так и сказала: «Я хочу их всех».
Новость понеслась по лагерю со скоростью лесного пожара. Через пятнадцать минут о ней знали все. Парни, которые ещё не участвовали в ночных развлечениях — Лёха, Андрей, Илья, ещё трое, чьи имена я до сих пор путал, — восприняли её с восторгом, граничащим с религиозным экстазом.
— Я же говорил! — Лёха хлопнул себя по колену. — Я знал, что у меня будет шанс! Я проспал вчера, но сегодня — ни за что!
— Она сказала «всех»? — переспросил Андрей, который вчера пытался сохранять моральные принципы, но сегодня уже не выглядел таким уверенным. — Прямо вот всех-всех?
— Всех, кто захочет, — подтвердила Света. — Мы с Мариной тоже пойдём. Смотреть. Или участвовать — как получится.
— Я тоже хочу посмотреть, — сказала Оля.
— И я, — добавила Карина. — Я вчера слушала. Сегодня хочу видеть.
— И я, — неожиданно сказала Настя, которая весь день молчала и злобно поджимала губы.
— Ты? — Лена удивлённо подняла бровь. — Ты же её ненавидишь.
— Я её не ненавижу. Я просто... — Настя замялась. — Я не знаю, что я чувствую. Но я хочу посмотреть. Это же... это как в кино. Только вживую.
— Пять девушек, — подытожил Серёга. — Плюс Лена, которая уже смотрела. Шесть зрительниц. И девять парней, включая тех, кто уже участвовал. Пятнадцать человек в одной палатке.
— Поместимся, — сказал Дима. — Там на десять человек, но если потесниться — влезет и пятнадцать.
— Это будет оргия, — тихо сказала Оля, и в её голосе был священный ужас. — Настоящая оргия.
— Да, — кивнула Света. — Именно.
Я стоял в стороне и слушал. Они собирались устроить оргию с моей матерью. И все были в восторге.
Кроме меня.
Я развернулся и пошёл прочь — туда, где скала обрывалась в долину. Сел на край, свесил ноги и уставился в закат. Солнце уже касалось дальних гор, и небо из голубого становилось розовым, а потом сиреневым. Красиво. Но я не видел красоты. Я видел только её лицо — то, как она улыбалась, когда говорила «я хочу их всех».
— Саша.
Я вздрогнул. Мама стояла за моей спиной — неслышно подошла по траве. Всё в том же худи, которое теперь, после целого дня, было мятым и пахло дымом костра. Босиком. Волосы растрёпаны. На шее — новый засос, кажется, оставленный кем-то из девушек на поляне.
— Можно присесть?
— Садись.
Она опустилась рядом — близко, плечом к плечу. Её тепло, её запах, её присутствие —
Путешествие по жизни