— на секунду, — и вышел обратно, оставляя за собой дорожку слюны и смазки.
— Хорошая девочка, — сказала мама. — Теперь ты. — Она повернулась к Марине. — Полижи мне жопу.
Марина, не колеблясь ни секунды, подалась вперёд. Мама повернулась к ней спиной и слегка нагнулась, разводя ягодицы рукой.
— Вот сюда, — сказала она. — Прямо сюда. Языком. Круговыми движениями.
И Марина лизнула.
Я стоял за сосной и не мог дышать. Моя мать стояла на поляне, голая, прекрасная, и две девушки, которые ещё час назад называли её шлюхой и хуесоской, стояли перед ней на коленях и лизали её пизду и жопу. По очереди. Света — клитор, Марина — анус. Потом наоборот. Их языки работали, их слюна текла по маминым бёдрам, и мама стонала — громче, громче, громче.
— Да... девочки... да... вот так... вместе... одновременно... я сейчас... я сейчас кончу...
Они ускорились. Света жадно сосала клитор, Марина погружала язык в анус — глубже, сильнее, ритмичнее. И мама закричала — громко, на весь лес, не сдерживаясь, — и её тело содрогнулось в оргазме, и смазка потекла по бёдрам, и она схватилась за ствол сосны, чтобы не упасть.
— Господи... ох... да... да...
Она кончала долго — может быть, минуту, может быть, две. Её стоны перешли в частые всхлипы, потом в тихий смех. Она выпрямилась, повернулась к девушкам, которые всё ещё стояли на коленях, мокрые от пота и слюны, с блестящими глазами.
— Ну вот, — сказала она, тяжело дыша. — Теперь вы знаете. Это не страшно. Это приятно. И вам тоже.
— Спасибо, — прошептала Света. Её губы блестели от маминых соков. — Спасибо, Екатерина Игоревна.
— Спасибо, — эхом отозвалась Марина.
— Не за что, — мама улыбнулась и подняла с земли футболку. — А теперь — запомните. Сегодня ночью я приду к парням в большую палатку. Я хочу их всех. Всех, кто захочет. И вы можете прийти тоже. Смотреть. Или участвовать. Как захотите. Я буду рада.
— Мы придём, — сказала Света.
— Обязательно, — кивнула Марина.
Мама надела футболку, натянула обратно шорты, поправила волосы и пошла обратно к озеру. Девушки остались на поляне — красные, взъерошенные, счастливые. Они смотрели друг на друга и улыбались — той особенной улыбкой, какой улыбаются люди, которые только что открыли в себе что-то новое.
Я дождался, пока все уйдут, и опустился на мох. Сердце колотилось. Член стоял так, что было больно. В голове крутилось одно: «Сегодня ночью. В большой палатке. Всех. Всех, кто захочет».
Она сказала это. Она это сказала.
Я закрыл глаза и попытался дышать. Сегодня ночью. Оргия. В большой палатке. И я буду там. Я должен быть там. Я больше не могу притворяться спящим.
Вечер наступал. И вместе с ним — новая ночь. Ночь, которая обещала быть ещё более жаркой, чем предыдущая. Ночь, которая изменит всё.
И я боялся её. И я ждал её. Как никогда в жизни.
***
После купания и лесного урока группа двинулась дальше. Переход занял ещё около часа — тропа поднималась от озера вверх, через редкий сосновый лес, а потом вывела на широкую поляну, окружённую скалами. Здесь, на высоте, воздух был сухим и прохладным, а вид открывался на всю долину — ту самую, которую мы пересекли вчера. Где-то далеко внизу блестело озеро, которое мы покинули утром.
Виктор Петрович объявил, что это и есть вторая стоянка. Место было ещё красивее первого: с восточной стороны поляну замыкала отвесная скала, с которой срывался водопад — тонкая серебряная нить, разбивающаяся о камни внизу. Вокруг росли дикие яблони и кусты малины, и воздух был
Сказка для взрослых девочек