Единственное, что отслеживала система — это их численность: каждый житель по достижении совершеннолетия подлежал обязательной хирургической стерилизации.
Штаб Ополчения располагался в огромном заброшенном бункере времен первой постройки мегаполиса. Здесь тишину разрывал стук ДВС-генераторов и гул радиостанций.
Марк привел их в заваленный картами и мониторами командный отсек, налил в металлические кружки горячей, пахнущей хвоей воды и впервые посмотрел на Даниила и Ксению без спешки.
— Спросите то, что хотите спросить, — произнес Марк, садясь на деревянный ящик. — Вы заслужили правду.
— Что это за отрава там, вверху? — Ксения прижала кружку к груди, чувствуя, как внутри плещется непривычная реакция ее собственного тела. — Почему мы выжили?
Марк тяжело вздохнул и вывел на один из экранов схемы правительственного завода.
— «Зелень» — это не диверсия и не случайная авария, — заговорил он тихо. — Это секретное биологическое оружие, разработанное Научным советом. Система искала способ радикального регулирования рождаемости и эффективное средство для окончательного уничтожения нашего Ополчения. Но три дня назад на фабрике регенерации произошел критический сбой энергостанции. Прошел серия взрывов, разрушившая герметичные хранилища биоактивных реагентов.
Он посмотрел прямо на Даниила:
— Компоненты неконтролируемо смешались прямо в воздухе. В итоге получился совсем другой, шокирующий эффект. Для девяноста девяти и девяти десятых процента населения — это мучительная, моментальная смерть. Растворение изнутри. Но примерно у ноля целых одной десятой процента зараженных наступает не гибель, а молниеносная, агрессивная мутация клеток.
Даниил посмотрел на свои ладони покрытые уже затянувшимися порезами, вспомнив, как с легкостью сорвал стальные зажимы в лаборатории:
— Мутация...
— Именно, — кивнул Марк. — Счастливая случайность. Вы оба попали в этот крошечный процент. Комбинация реагентов не убила вас, а перестроила вашу физиологию. Она дает кратковременный всплеск нечеловеческой силы, выносливости и ускоренной регенерации. И именно эта биохимическая буря объясняет то, что произошло между вами. Вы ведь уже были эм-м… близки?
Ксения невольно затаила дыхание, накрыв ладонью свой живот.
— Клетки ваших организмов перестраивались прямо в процессе, — продолжал Марк, и в его голосе прозвучало истинное восхищение.
— В момент зачатья ваша мутация передала импульс новому организму. Ваша беременность, Ксения — это вещь из ряда вон выходящая. Несанкционированное зачатие в стерильном мире — это уже был бы вызов. Но ваш ребенок... Он зачат в эпицентре биологического перерождения. Ваш ребёнок мутант!
— Откуда вы узнали про нас? — спросил Даниил.
Марк усмехнулся, указывая на мерцающий радиоприемник:
— Наша разведка круглые сутки пасет правительственные каналы отлова. Кроме вас двоих есть ещё несколько выживших. Троих уже увезли в центр на острове Гир у нас туда нет доступа. Когда из делового центра прошел панический звонок о том, что двое гражданских пешком вышли из зеленого тумана и спокойно поднялись на пятый этаж, службы контроля сразу передали координаты операторам Т-900 в этом секторе. И вам повезло что первыми вас нашли роботы а не люди. Люди бы просто убили вас. А мы перехватили этот сигнал. Мы знали, кого они повезут в спецсектор. И мы знали, что должны вытащить вас любой ценой.
Марк поднялся, опираясь руками на стол, и его взгляд стал невероятно серьезным:
— Вы двое — не просто беглецы. А ваш еще не рожденный ребенок — не просто плод. Он — первый представитель нового генетического вида. Новой ветви человечества, защищенной от их яда, выносливой и свободной от их стерильных квот. И именно поэтому система перевернет весь этот мегаполис вверх дном, но попытается уничтожить вас.
Глава 9.
После удушливого запаха стерильных лабораторий и подземных бункеров Нижний город встретил их влажным, густым воздухом, пропитанным ароматами дешевой синтетической еды, озона и машинного масла.
Дрочка на ночь