— А? — только и выдавил он, наконец осознав, кто перед ним.
— Пэт, что ты...? — удивлённо спросил он.
— Что?! — крикнула Мия в тревоге. Она меня ещё не видела.
Маркхэм двинулся ко мне, выставив обе руки ладонями вперёд в останавливающем жесте. Скопившаяся ярость вынесла меня к нему — правый кулак вошёл в мягкую складку его живота.
С протяжным «уфф» он осел на пол.
Я перешагнул через него и тогда увидел Мию — топлесс, в маленьких бикини-трусиках на кровати. Заметил и цветы на прикроватном столике.
— Патрик! — вскрикнула она.
Я просто смотрел на неё, впитывая произошедшее. Даже после того, как вызвал горничную, у меня ещё теплилась слабая надежда, что я ворвусь и увижу их полностью одетыми, разбирающими таблицы продаж.
Нет. Было только одно объяснение тому, что произошло. Оно было очевидным.
И пока я смотрел, Мия начала типичную вереницу нелогичных оправданий. Это не то, что я думаю. Это первый раз. Это просто секс. Она меня любит. И т.д.
Несмотря на эмоциональную ярость, я достаточно собрался, чтобы достать телефон и сделать фотографии. Мия пыталась накрыться простынёй. Маркхэм сидел сгорбленный на полу. Мне так хотелось пнуть его прямо в незащищённые яйца. Не стал.
Бросив последний взгляд на Мию, которая уже рыдала и умоляла о прощении, я развернулся уходить.
— Даже не думай, — начал я шипящим шёпотом, — возвращаться в МОЙ дом!
Уходя, я услышал её сквозь рыдания:
— Мне жаль... куда мне идти... это и мой дом тоже!
Я не ответил.
***
Всю дорогу домой я решил, что не собираюсь быть хорошим парнем. Все ощущения предательства и лжи поднялись на поверхность. Я ярко вспомнил, что чувствовал годы назад, когда увидел её с Лэнгли на той вечеринке.
Это было похоже, но хуже. Гораздо хуже.
У меня было множество сообщений и голосовых от неё. По совету Майрона я всё сохранил.
— Они нам могут понадобиться, — сказал он.
Приехав, я всё рассказал её маме. Она уже настолько вросла в наше хозяйство, помогая с Майклом и двойняшками, что я не мог придумать, как объяснить отсутствие Мии. К тому же было приятно унизить Мию и распространить страдания на её мать. Её мать была в шоке.
Следующий звонок был Лизе Маркхэм. Хорошей подруге Мии. Она взорвалась от злости!
— Я сказала ему в прошлый раз: если он ещё раз так сделает — всё кончено!
В прошлый раз? Ещё раз?
Очевидно, для Маркхэма это была не незнакомая территория.
Само собой, это должно было повлиять на долгую дружбу Мии и Лизы. Хорошо, подумал я. Я знал, что веду себя мстительно, но ничего не мог с собой поделать — я был зол.
И больше, чем зол, — мне было больно. Ужасно больно. Больно за то, что она сделала со мной, и, что ещё важнее, — за то, как это ударит по детям. Мы собирались забрать их из любящего дома, где родители живут вместе, в мир совместной опеки, меньшей стабильности, подорванных финансов и исполнения родительских обязанностей по графику.
Мия послушалась моего требования и не появилась в семейном доме. Поначалу.
Было воскресенье. Я водил детей в короткий поход в горы. Все были усталые и голодные, когда мы вернулись. На кухне, когда мы вошли, сидела Мия.
Дети, которые всё время спрашивали «где мама?», облепили её. Несмотря ни на что, нельзя было отрицать — Мия была хорошей матерью. И дети скучали по ней.
Пока она общалась с детьми, обнимала и играла, я заметил, как она проверяет моё выражение лица, быстро взглядывая на меня, пытаясь понять температуру моих эмоций.
Флориан и его член; капризы фетиша