Лариса усмехнулась, глядя на Айгуль сверху вниз. — Она милая. Сексуальная. С нерастраченной страстью. Посмотри, как она старается. Как лижет. Как принимает тебя. Она ведь только этого и хотела, чтобы её взяли. Чтобы ей показали её место.
Айгуль слышала её слова, и они падали в неё, как горячие капли, и от них становилось только жарче. Костя ускорился. Его пальцы впились в её бёдра, толчки стали резче, злее, и Айгуль уже не могла сдерживать стоны, они вырывались из неё, смазанные, влажные, вперемешку с дыханием.
— Вот так, — говорила Лариса, поглаживая её по голове. — Хорошая девочка. Принимай его. Принимай нас обоих. Это твоё место, Айгуль. Между нами. Под нами.
Костя наклонился вперёд, накрыл её спину своим телом, и теперь он вбивался в неё под другим углом, доставая до самого конца, и Айгуль чувствовала, как внутри всё сжимается, скручивается в тугой узел. Она лизала Ларису, захлёбываясь, не останавливаясь, и слышала, как та стонет всё громче, как её бёдра подрагивают, как пальцы сильнее сжимают затылок.
— Кончи для нас, — сказала Лариса. — Давай.
И Айгуль кончила. Её накрыло волной, резкой, слепящей, выворачивающей наизнанку. Она закричала, прижавшись лицом к киске Ларисы, и её тело задрожало, забилось между ними, сжимаясь вокруг члена Кости, который не останавливался, продолжал трахать её сквозь оргазм, продлевая его, вытягивая из неё последние судороги.
Когда всё закончилось, Айгуль лежала на полу, обессиленная, с горящими коленями, с саднящей задницей, с губами, всё ещё влажными от соков Ларисы. Костя отстранился, застегнул джинсы, сел обратно в кресло, как будто ничего не произошло. Лариса натянула трусы и брюки, подошла к Айгуль, присела рядом.
— Вот теперь ты всё поняла, — сказала она тихо, убирая влажную прядь с её лица. — Завтра в восемь. И не опаздывай.
Айгуль подняла голову и посмотрела на неё. Внутри было пусто и горячо одновременно. Она кивнула. Лариса выпрямилась, обошла стол, села в кресло и взялась за бумаги. Костя смотрел на Айгуль с ленивой ухмылкой, и в его взгляде было обещание, что это тоже только начало.
Айгуль вышла в тёмный коридор, и дверь за ней закрылась с мягким щелчком.
*****
На следующий день Ларисы в клубе не было. Айгуль узнала об этом от администраторши, которая встретила её у ресепшена с чашкой кофе и заговорщическим видом.
— А Ларисы Сергеевны сегодня не будет, — сказала она, растягивая слова. — Уехала куда-то с утра. Даже не предупредила, представляешь?
Айгуль кивнула, стараясь не выдать ничего лицом. Она прошла в раздевалку, переоделась в форму, завязала волосы, и весь день провела с клиентами, улыбаясь механически, поправляя технику, считая повторения. Но внутри было пусто. Не то чтобы она ждала Ларису, не то чтобы хотела её видеть — просто её отсутствие оставляло какую-то дыру, которую Айгуль не могла ничем заполнить. Она ловила себя на том, что смотрит на дверь кабинета, и одёргивала себя.
Что ей думать о вчерашнем? Она только начала свыкаться с тем, что у неё завязались отношения с девушкой — с Ларисой, с её холодными руками и властным голосом, с её пальцами, которые знали, куда нажать, чтобы Айгуль переставала быть собой. А вчера всё перевернулось. Вчера был Костя. Вчера она стояла на четвереньках между ними, и её тело раскачивалось, как лодка на волнах, и она кончила, когда ей приказали. И после этого Лариса сказала: «Теперь ты наша». Айгуль не знала, что с этим делать. Не знала, кто она теперь. Не знала, почему при мысли о Ларисе внутри что-то сжимается, а при мысли о Косте — тоже, но по-другому.
я все еще тебя помнила (часть 2)