Мы вошли в дом. Она поставила сумку в прихожей, сняла куртку. Под свитером угадывались очертания её груди. Я хотел сразу притянуть её к себе, но она остановила меня жестом.
– Подожди. Сначала поговорим. И… подготовимся.
Мы прошли на кухню. Она вскипятила чайник, заварила чай. Сидели за столом, и казалось, будто между нами висит невидимая, наэлектризованная плёнка.
– У меня всё есть, – сказала она, наконец, кивнув в сторону сумки. – Специальная смазка. Презервативы, на всякий случай. Хотя ты… ты же хочешь без?
– Без, – подтвердил я твёрдо. Я хотел чувствовать её каждой клеткой.
– Я тоже. Но сначала… мне нужна твоя помощь. Чтобы расслабиться. Иначе будет больно. И я не хочу, чтобы было больно. Я хочу, чтобы было хорошо.
Мы допили чай и поднялись в мою комнату. Она задернула шторы, включила прикроватный светильник, который отбрасывал мягкий, интимный круг света на кровать. Потом повернулась ко мне.
– Раздень меня. Медленно.
Я подошёл и начал со свитера. Стянул его через голову. Под ним оказался простой чёрный бюстгальтер. Я расстегнул его спереди, и её груди выпали в мои ладони. Они были тяжёлыми, тёплыми. Я наклонился и взял сосок в рот, лаская языком. Она застонала, её пальцы впились мне в волосы. Затем я опустился на колени перед ней и расстегнул её джинсы. Стянул их вместе с трусиками до самого пола. Она стояла передо мной полностью обнажённая, её тело казалось бледным и хрупким в полумраке комнаты. Я приник к её лобку, ощущая губами упругость волос, запах её возбуждения. Она вздрогнула, когда мой язык коснулся её половых губ.
– Не здесь… – прошептала она. – Сначала… туда. Подготовь меня там.
Я понял. Встал, взял её за руку и подвёл к кровати.
– Ложись на живот. И подними… подними ягодицы.
Она послушно легла, подложив под таз подушку. Её поза была откровенно подставленной, уязвимой и невероятно эротичной. Я увидел её розовый анус, аккуратный и тугой, и влажную щель влагалища прямо под ним. Я достал из её сумки тюбик смазки. Она посмотрела на меня через плечо, её глаза были огромными и тёмными.
– Делай всё медленно. Обещай.
– Обещаю.
Я выдавил прозрачный гель на пальцы, согрел его и начал с наружного круга. Аккуратно помассировал мышцы, которые сжались от первого прикосновения.
– Расслабься, – прошептал я. – Я не причиню тебе боли.
– Я знаю… просто… никогда…
Я нанёс ещё смазки и осторожно ввёл указательный палец внутрь, всего на одну фалангу. Она вскрикнула, её тело напряглось.
– Дыши, – сказал я. – Глубоко.
Она послушалась. Я почувствовал, как мышцы вокруг моего пальца постепенно расслабляются. Я начал двигать пальцем медленно, вводя его всё глубже. Она застонала, на этот раз уже от удовольствия. Её спина выгнулась.
– Ещё… – выдохнула она.
Я добавил смазки и ввёл второй палец. Было тесно, но её тело постепенно поддавалось. Я двигал пальцами, растягивая её, подготавливая путь. Она лежала, раскинув руки, её лицо было уткнуто в подушку, дыхание стало прерывистым. Я почувствовал, как её внутренние мышцы начали ритмично сокращаться вокруг моих пальцев.
– Я… я близко… – простонала она.
– Кончай, если хочешь, – разрешил я, ускоряя движения.
Она кончила с тихим криком, её анус судорожно сжался вокруг моих пальцев, а всё тело затряслось в волнах оргазма. Я вынул пальцы, дал ей отдышаться. Она лежала, обмякшая, её кожа покрылась лёгкой испариной.
– Готова? – спросил я, смазывая гелем свой член. Он был огромным, каменным, и пульсация в нём отзывалась во всём теле.
– Готова, – ответила она, и в её голосе прозвучала решимость. – Входи. Но медленно.
Доброе утро, сынок