границы, хотя, если задуматься, в этом нет ничего удивительного. Богатые люди общаются между собой на одном языке — языке привилегий и тайных потребностей, — и не важно, на каком континенте они находятся.
Говорили мы по-английски, я неплохо знаю этот язык.
— Я хочу жениться, — Эмир откинулся на спинку кресла, и его хорошо поставленный голос звучал на удивление неуверенно.
Я приподнял бровь, изображая вежливое недоумение.
— Мои поздравления, мистер Шахин. Если вас интересует брачная консультация...
— Нет, вы не понимаете, —резко перебил он меня.
Эмир подался вперед и, не сводя с меня пристального взгляда, медленно пододвинул по полированному дереву стола глянцевую фотографию. На снимке был юноша лет двадцати — с тонкими чертами лица и взъерошенными светлыми волосами.
— Его зовут Лео. Я хочу жениться на нем.
Я откинулся назад, сложив руки в замок.
— Мистер Шахин, боюсь, я по-прежнему не понимаю. Да, вряд ли в можете сделать это в Турции, но в большинстве стан Европы такой союз абсолютно легален и социально приемлем. И уж точно это не проблема для человека с вашими ресурсами. В чём моя роль?
Эмир заерзал в дорогом кожаном кресле, и его лицо внезапно залилось пунцовой краской. Он отвел взгляд, словно ища поддержки в пустоте моего кабинета, а затем снова посмотрел на фотографию юноши.
— Нет, — голос Эмира стал глухим, почти надтреснутым. Он подался вперед; голос его звучал едва слышно. — Я не просто хочу жениться на нем. Я хочу, чтобы он... был девушкой.
— То есть, если я правильно понимаю, вам нужно подготовить молодого человека к операции по смене пола? — уточнил я, стараясь, чтобы мой голос звучал максимально профессионально и беспристрастно.
Эмир резко встал, решительно отодвинув кресло. Его охватил какой-то почти животный мандраж. Мужчина сделал несколько стремительных шагов к окну, затем замер и резко обернулся, окидывая взглядом каждый угол комнаты, словно ожидая увидеть там скрытую камеру или случайного свидетеля.
— Скажите мне честно, — он понизил голос до хриплого шепота, — этот разговор абсолютно конфиденциален? Никаких записей?
— Разумеется, — я спокойно посмотрел на него, не меняя позы, после чего добавил в голос небольшой толчок. — Это то, с чего вообще начинается любая консультация. Всё что вы скажете, не покинет стен этой комнаты.
Он с трудом сглотнул, ещё раз бросив взгляд на дверь. Его плечи напряглись, а руки сжались в кулаки.
— Вы... вы знаете, что такое сисси? — прошептал он, едва сумев справиться со стыдом.
Я пожал плечами, сохраняя бесстрастное выражение лица.
— Феминизированный мужчина. Очень покорный. Вы этого хотите?
— Да, — Эмир кивнул, и сел, пытаясь успокоиться. — Но поймите, мне не нужно просто развлечение на одну ночь или кто-то, кто будет переступать через себя каждый раз. Я не ищу партнера по кинку. Мне нужны постоянные, и, главное, искренние отношения.
Я внимательно изучал Лео на фотографии. Юноша выглядел хрупким, но смотрел, в целом, решительно.
— Эта просьба, — начал я, откидываясь назад, — немного необычна. Мне понадобится время, чтобы составить план наших занятий. Подобрать правильную терапию. И, кстати, что думает по поводу всего этого сам молодой человек?
— Он не гей, к сожалению, — мистер Шахин помрачнел. — Сейчас он работает у меня в одном из филиалов. Я зондировал почву, он говорит что это омерзительно.
— Тогда, — заметил я, нарочито хмуря брови, — мне нужно, чтобы Лео пришел сюда по собственной воле. Я, очевидно, не занимаюсь похищениями людей или любой другой преступной деятельностью.
Кто его знает, что это за турок. А грубая проверка сама по себе скомпрометирует меня, если он подсадной.
Хват- Раковая Шейка-2