— Ну тогда всё гораздо проще, — ответила она. — Главным реальным препятствием становится физиология: скорость гормональных изменений, перестройка тканей, метаболизм...
Она пустилась в подробные объяснения. Я сидел и рассеяно слушал, иногда кивая. Приятно было работать с профессионалом.
Передо мной, на ковре в гостиной, застыли три одинаковых силуэта. Мои малышки — триединство плоти и сознания — стояли на коленях, склонив головы в едином, синхронном жесте смирения. Воздух в комнате казался наэлектризованным; я буквально чувствовал, как от них исходят волны немого, отчаянного возбуждения.
Последняя неделя была посвящена Лео: бесконечные согласования с Игельдой и психологическая подготовка почвы для его «перерождения». Эмир Шахин выполнил свою часть сделки — он создал в Москве отдельный филиал своей фирмы, только чтобы притащить сюда парня и отправить его на «корпоративный» тренинг.
Шито белыми нитками, но для меня было достаточно и того, что молодой человек сам перешагнул порог моего кабинета.
— Ты всегда врал себе, тебя всегда привлекала женственность.
Разумеется, это было не всё, только начало. Нам предстояло ещё много работы. Мне хотелось сделать во всей этой истории с Лео что-то особенное.
Но из-за всей этой возни мои малышки мариновались в своём возбуждении — бесконечно распаляя друг дружку, и не способные достичь оргазма без моего приказа.
— Ну что, малышки, скучали?
— Пожалуйста... — выдохнули они в один голос, и этот звук, усиленный тройным резонансом, заполнил комнату.
— Можете начать, — разрешил я, и этот приказ сработал как детонатор.
Они сорвались с места, словно единый организм, ведомый общим голодным импульсом. Две из них рухнули на колени у моих ног; их пальцы мгновенно вцепились в пояс моего ремня, срывая брюки вниз с такой жадностью, будто от этого зависела их жизнь. В то же время третья, обняла меня за шею и вжимаясь в мои губы требовательным поцелуем.
— Пожалуйста, не делая так больше, — всхлипнула она, отстранившись на секунду. — Не мучай меня так.
Я взял в руку её грудь и сильно сжал. Он ойкнула. но не отстранилась.
— А если мне нравится так делать?
В ответ я получил синхронный, почти животный стон. Малышки у моих ног уже закончили с одеждой. Они действовали как одно целое: одна уже взяла в мой член, жадно и глубоко, а вторая, переплетаясь с ней пальцами, начала ласкать мои яйца, создавая ритм, который невозможно было игнорировать. Третья затрепетала у меня в руке.
— Всё что угодно, — прошептала она мне на ухо. — Хочешь наказать меня?
Идея была интересная. Как мои девочки будут реагировать на БДСМ? Если дать плётку одной из них, это будет садомазохизм в самом чистом, первозданном виде.
Но не сегодня. Мне хотелось чего-то попроще.
— Давайте «пирамидку», — приказал я.
Девочки радостно завизжали и потащили меня на постель. Там они на секунду смешались в одну неловкую кучу из тел, но почти сразу со сноровкой приняли требуемую позицию: две одна на одной, предоставляя мне на выбор четыре готовые дырочки. Третья лежала ниже всех и головой ко мне — её счастливое лицо выглядывало между ног сестёр, предоставляя мне и ещё свой ротик для пользования.
Я лениво начал входить в этот ритм, переходя от одной дырки к другой. В этом была своя прелесть менять пизду на попку, давая в промежутках облизать мой член, чувствуя, как каждая из них уже разогрета до предела ожиданием. Каждая из них отчаянно сжималась вокруг меня, не желая отпускать ни на секунду. Но даже те, кто в данный момент оставался «пустым», сокращались в унисон с той, в которой я находился сейчас. Их общее сознание, переплетенное
Фэйри Тэйли