успевшим опасть, на его живот, залитый свежей спермой.
Её глаза расширились. От усталости не осталось и следа.
Она перевела взгляд на его член, ещё влажный, набухающий, и вдруг замерла. Прищурилась. Наклонилась чуть ближе, вглядываясь в розоватые разводы на головке.
— Паш, а чё это у тебя там? — она ткнула пальцем. — Кровь, что ли? Серьёзно?
Повисла пауза.
Лена выпрямилась, перевела взгляд на меня. Потом на него. Потом снова на меня. Её лицо медленно расплылось в понимающей улыбке.
— О-о-о, — протянула она. — Кажется, я всё поняла. Настька, ты что... — она прищурилась, — это было сегодня? Прямо сейчас?
Я молча кивнула, чувствуя, как щёки заливает краска.
— А что твой Сашок тебя ещё не трахнул? — спросила она без тени насмешки, скорее с любопытством.
Я мотнула головой, не в силах выдавить слово.
— Ну и правильно, — усмехнулась она. — Хоть с нормальным мужиком первый раз получился.
Она хлопнула Пашу по плечу. — Пашка, красавчик! Поздравляю!
Потом перевела взгляд на меня. — Не парься. Сашка не узнает. А я могила. — Она подмигнула. — Ну чё, как оно? Больно было?
— Немного. Уже прошло, — ответила я.
— Молодец. Ладно, Насть, нам пора по домам. Я уже умаялась.
Глава 3. Теперь ты наша
Утром в понедельник я лежала в своей кровати, смотрела в потолок, думала о Саше и чувствовала, как внутри всё сжимается. Не от боли — там уже почти не болело. От стыда. От осознания. Шесть лет. Шесть лет мы вместе, а я за одну ночь всё перечеркнула.
Комната пахла свежим бельём и привычным утренним воздухом. За окном чирикали воробьи, на кухне мама гремела посудой: звякнула чашка, зашумела вода из крана. Всё было как всегда. На стуле лежала школьная одежда, на столе высилась стопка учебников. Только я лежала неподвижно и чувствовала себя чужой в собственном теле.
Провела рукой по животу, ниже. Там, между ног, ещё ныло — слабо, но напоминало. Позавчера я была с Пашей. С почти незнакомым парнем, которого впервые увидела в тот вечер. А теперь он прочно засел в моей памяти, и я никак не могла отделаться от воспоминаний.
Я закрыла глаза — и сразу картинки: свечи, его руки на моих бёдрах, боль, когда он вошёл. Как я замерла, чувствуя, что что-то разорвалось внутри. А потом его сперма на животе, белая на смуглой коже. Лена, стоящая рядом голая, с этой своей улыбочкой: "О-о-о, кажется, я всё поняла". Как она спросила: "А что твой Сашок тебя ещё не трахнул?" И я молча кивнула.
Сашок. Саша. Мой Саша, который даже не знает, что его девушка перестала быть девушкой с другим.
Я перевернулась на бок, сжалась в комок. В голове каша: "Что я наделала? Как я теперь ему в глаза смотреть буду?" Шесть лет. Мы с шестого класса. Он первый, кто начал носить мой портфель. Первый, кто поцеловал меня — неуклюже, в губы, на лавочке в парке. Первый, кого я полюбила. И я ему изменила. За одну ночь. С каким-то Пашей.
Но тут же, как змея, выползала другая мысль: "А почему, собственно, нет?" Мы шесть лет, а дальше поцелуев и минета так и не зашли. Он боится, я боюсь. А Паша... Паша просто взял и сделал. И пусть случайно, пусть не планировали — но это случилось. И это было... странно. Больно. Но по-настоящему.
Я села на кровати, обхватила голову руками. Волосы спутались, и мне казалось, будто они до сих пор хранят запах субботнего вечера. С тех пор прошло больше суток, но память упрямо возвращала меня туда. На экране телефона светилось время:
жаркий июль (как я стал мужчиной.заключение)