— прошептал он. — Не только секса. А вот так... просто быть с тобой.
У меня внутри всё сжалось.
— Я тоже, — ответила я.
И в этот раз не соврала.
\* \* \*
Мы целовались, и я таяла в этом. В тёплой воде, в его руках, в запахе лаванды. Его губы — мягкие, родные, знакомые до миллиметра — скользили по моим губам, по щекам, по шее. Я обвила руками его шею, прижалась спиной к его груди, чувствуя, как бьётся его сердце где-то между моих лопаток.
И вдруг почувствовала — под водой что-то твёрдое упёрлось мне в поясницу. Дёрнулось, пульсировало, живое и горячее даже сквозь толщу воды.
Я улыбнулась, отстранилась, посмотрела вниз. Сквозь прозрачную воду было видно — его член стоял, твёрдый, набухший, готовый. Головка тёмно-розовая, блестящая даже под водой, чуть виднелась сквозь рябь. Он дёргался, будто жил своей жизнью.
Я приподнялась, вода стекала с моих плеч, с груди, с живота. Развернулась к нему лицом, взяла его за бёдра и потянула ближе. Головка показалась над водой — мокрая, скользкая, с прозрачной капелькой на самом кончике, которая дрожала и вот-вот готова была сорваться.
От него пахло лавандой — масло смешалось с его запахом, с запахом возбуждения, и это было так неожиданно, так странно и так дико возбуждающе, что я засмеялась. Тихим, счастливым смехом.
Я наклонилась. Медленно, глядя ему в глаза. Провела языком по головке — солёный, терпкий, его вкус, смешанный с лавандой. Он выдохнул сквозь зубы, запрокинул голову, пальцы сами зарылись в мои мокрые волосы, сжали пряди.
Я обвела головку по кругу, надавила на уздечку, чувствуя, как он вздрагивает, как напрягаются мышцы его бёдер. Потом взяла глубже — медленно, впуская его в рот, чувствуя, как он скользит по языку, упирается в нёбо. Вода плескалась вокруг, касалась моих щёк, подбородка, но я не замечала. Был только он. Только его член во рту. Только его стоны, срывающиеся с губ.
Я двигала головой, впуская его глубже, рукой помогала снизу, сжимала ствол, массировала яйца. Он пах лавандой и возбуждением, и этот запах пьянил сильнее, чем вода, чем пар, чем всё вокруг.
Я смотрела на него снизу вверх — глаза закрыты, губы прикушены, кадык ходит по шее. Капли пота смешивались с паром на его лбу. Он был моим. Весь. В этот момент.
Я отстранилась, вытерла губы, посмотрела на него.
— Хочу тебя, — прошептала я.
— Я тоже... — выдохнул он, потянулся ко мне, хотел уже притянуть к себе, чтобы я села сверху.
Я приподнялась, взяла его за плечи, но вместо того чтобы опуститься, замерла. Закусила губу, отвела взгляд, будто смущалась. Внутри всё кипело — я хитрила. И мне это нравилось. Аж дух захватывало от того, как легко он ведётся.
— Саш, — сказала я тихо, стараясь, чтобы голос звучал неуверенно, почти по-детски: — там, внизу... ещё больно. После первого раза. Всё ноет ещё.
Он сразу забеспокоился, нахмурился:
— Сильно? Может, не надо тогда? Я подожду...
— Нет, — перебила я быстро: — Я хочу. Просто... может, попробуем по-другому?
Он замер. Смотрел непонимающе.
— В смысле?
Я потупилась, сделала паузу, будто решалась. Потом подняла глаза и посмотрела на него из-под ресниц — прямо как в дешёвых сериалах, но это работало.
— Ну... я слышала, что есть другой способ. Туда, ну... — я мотнула головой назад, намекая: — В попку. Говорят, тоже прикольно. И в воде легче, расслабленнее.
До него дошло. Глаза стали огромными, рот приоткрылся. Он выглядел таким растерянным, что я чуть не рассмеялась.
— Ты хочешь... анал? — выдохнул он так, будто я предложила ему сходить в космос.
Не жалею, что так получилось