вышел из клиники, то сел в свой грузовик и уехал, и больше его никто в округе не видел.
Она была такой грустной, что мне стало больно, и я, запинаясь, спросил:
— Как ты... то есть, почему...
— Мы познакомились еще в старшей школе, Адам, и он был милейшим парнем, и мы очень любили друг друга. Мы поженились, потому что в таком маленьком городке, как этот, так и бывает, если ты не уезжаешь учиться в колледж или куда-то еще. В конце концов, он начал пить, — она помолчала, вспоминая. — Я должна была понять это, когда он начал обзывать меня, вести себя грубо и обвинять в том, что я сплю со всеми подряд, чего на самом деле не было. А потом он ударил меня.
— Тиффани...
— Нет, Адам, всё в порядке.
В кафе вошла пара и заняла столик, она, было, собралась вставать, но Папаша жестом остановил ее и подошел с кофейником к ним. Мы молча сидели, пока он здоровался с ними, и я заметил, как он странно повел себя, пожав руку мужчине, он остановился позади его жены и положил одну огромную руку ей на плечо, а другой нежно погладил ее по лицу и шее, после чего его пальцы легли на верхнюю часть ее груди, пока они разговаривали.
Она улыбнулась мужу и прижалась щекой к крепкой руке Папаши, точно так же, как это делала Тиффани. Муж отреагировал так, как будто это было в порядки вещей.
Тиффани, казалось, даже не обратила внимание на это и продолжила:
— Я должна была уйти от него, я знаю это, но он, протрезвевший, всегда извинялся, и его мучала совесть из-за этого. Наверно, я сильно хотела ему верить, и сильно любила его. Я была чертовски глупа.
— Я не эксперт, Тиффани, но думаю, что это довольно распространенное явление. Женщины любят своих мужчин и очень хотят верить, что они лучше, чем есть на самом деле. Это не глупо, это просто по-человечески, но некоторые парни просто дерьмо и не стоят того, и с этим ничего не поделаешь. По крайней мере, теперь ты от этого избавилась.
Она хмыкнула безрадостно:
— Да. Знаешь, что стало причиной? Он обвинил меня в измене, ударил и разбил губу, а потом забрал мое лучшее седло для работы с крупным рогатым скотом и заложил его примерно за четверть его стоимости, чтобы купить выпивку, — она покачала головой. — В конце концов, я поняла, что если тебя обвиняют и бьют, то почему бы не сделать это на самом деле! Если уж суждено отсидеть срок, то почему бы не совершить преступление, верно? Итак, я приехала сюда – тогда мы были закрыты, круглосуточно работаем только летом – соблазнила Папашу, отлично и чудесно переспала с ним и вернулась домой, пока вся эта сперма еще вытекала из меня. И я, черт возьми, позаботилась, чтобы он об этом узнал и понял, что он и близко не дотягивает до настоящего мужчины.
— Иисус, Тиффани!
— Да, он меня избил до полусмерти, но, по крайней мере, на этот раз я это заслужила. Когда он напивался всегда говорил, что я именно такой и нужна ему: молодой, глупой и полной спермы. Он забыл уточнить, что имеет в виду только свою сперму, и когда я забралась ему на колени, он понял, что происходит и почему я такая мокрая, он взбесился. Если бы Папаша не появился, он, наверное, убил бы меня. В то время я думала, что, возможно, так было бы лучше.
— Боже всемогущий!
Она, похоже, действительно считала, что ее побои были оправданны.
Племянник