и взяла сама — сразу глубоко, насколько могла в таком положении. Губы сомкнулись вокруг ствола, язык прижался снизу.
Артём начал трахать её ровно и глубоко. Каждый толчок чуть сдвигал её тело по лавке, и мой член входил ей в рот чуть глубже. Я смотрел вниз: на то, как его толстый ствол исчезает в ней полностью, как её живот чуть вздрагивает от каждого входа, как блестят её губы вокруг меня.
Она сосала жадно. Руки лежали у меня на бёдрах, тянула ближе. Слюна стекала по члену, капала ей на лицо и шею. Я положил ладонь ей на горло — не давил, просто держал, чувствовал, как она глотает.
— Смотри на него, — сказал я ей тихо. — Смотри, как он тебя ебёт, пока ты сосёшь меня.
Она открыла глаза. Взгляд мутный. Посмотрела вверх на меня, потом скосила глаза в сторону, туда, где Артём входил в неё. Он держал её за бёдра крепко, пальцы впивались в мягкую плоть, и трахал всё жёстче. Шлепки стали громкими, влажными.
Я двигал бёдрами медленно, давая ей брать в своём ритме. Она стонала вокруг моего члена каждый раз, когда Артём входил до упора. Я чувствовал эти толчки. Внутри снова поднималась эта смесь — ревность, собственничество и сильное возбуждение от того, что она принимает нас обоих одновременно.
Артём смотрел на её рот, на то, как она сосёт меня, и усмехался коротко. Ускорился. Маша сжала мои бёдра сильнее и взяла глубже, почти до горла. Я держал её за волосы и смотрел, как она обслуживает нас обоих.
Артём вышел из неё. Член блестел, весь в её соках. Он отошёл на шаг, тяжело дыша. Я вытащил свой хуй из её рта. Она облизнула губы, посмотрела на меня мутным взглядом.
— Меняемся, — сказал я.
Я взял её за бёдра, притянул ближе к краю лавки и вошёл сам. Сразу почувствовал разницу. Она была растянута им — шире, чем обычно, скользкая, горячая, внутри уже его смазка и её соки смешались. Я вошёл до конца легко, но стенки всё равно сжались вокруг меня плотно. Ощущение было другим: мягче, влажнее, уже использованная.
Маша застонала и потянулась руками к Артёму. Он подошёл к её голове. Член всё ещё твёрдый, мокрый от неё. Она открыла рот и взяла его сама, сразу глубоко. Он положил ладонь ей на затылок и начал медленно трахать в рот.
Я двигался в ней ровно. Каждый раз, когда входил до упора, чувствовал, как она сжимается — сильнее, чем обычно, будто пытается удержать. Внутри было скользко от него. Я слышал влажные звуки своего члена в её киске и одновременно глухие стоны, которые она издавала вокруг его ствола.
Артём держал её за волосы и входил в рот до горла. Она давилась слегка, слюна текла, но не отпускала. Глаза закрыты. Я смотрел на то, как его толстый член исчезает между её губ, и одновременно чувствовал, как она принимает меня снизу.
— Чувствуешь? — спросил я, входя глубже. — Он тебя уже растянул. А ты всё равно моя.
Она застонала громче вокруг его члена. Кивнула, насколько могла. Я ускорился. Шлепки стали чаще. Её тело чуть сдвигалось по лавке от каждого толчка, и Артём подстраивался, продолжая ебать её в рот в том же ритме.
Я чувствовал каждое её сжатие. Внутри было горячо и очень мокро — его следы смешивались с её новыми соками. Ревность снова поднялась тяжёлой волной и сразу перешла в ещё более сильное возбуждение. Я держал её за бёдра крепко, входил до конца и смотрел, как она сосёт его, пока я её
Дорожное приключение