семи лет, но я помнил, сколько времени мне потребовалось, чтобы овладеть этим искусством.
Может, просто нанять кого-нибудь? - Подумал я.
* * * * *
— Сэм, - сказал я в трубку, - мне нужен серьезный отпуск.
— Что?
Он был в шоке, как я и предполагал. Сэм Руньон был старшим вице-президентом по облигациям в "McDaniels Smyth", и мысль об отгуле, противоречила самой сути его существа.
— Это моя мама, - объяснил я. — У нее был инсульт.
— Она в порядке? - спросил он, все еще хрипловато.
— Нет, Сэм, она не в порядке. Ей очень хреново.
— Она ведь, не собирается умирать или что-то в этом роде?
— Нет, она не умрет, - сказал я.
— Тогда в чем проблема?
— Мой отец, - объяснил я. — Ему нужен кто-то рядом на некоторое время, пока она не выйдет из стационара.
— И как долго?
— Около месяца.
— Месяц, - прорычал он, наполовину скорбя, наполовину не веря.
— Может быть, больше, - сказал я.
— Больше месяца, - сокрушался он.
— Это не похоже на...
— Я не знаю, Коллинз. Правда. Ты многого просишь.
Это меня разозлило. Я отдал все свое этим придуркам, а теперь они злятся, что мне нужно позаботиться о своих предках? Ты, блядь, издеваешься, да?
— Извини, - сказал я, прикусив язык. — Я не могу выбраться из этого.
— Мне придется обсудить это с высшим руководством, - сказал он. — Это не так просто. Я имею в виду, тебе нужна неделя, конечно. У тебя она есть. Две недели? Да, мы должны быть в состоянии покрыть. Но месяц? Я имею в виду...
— Я не спрашиваю тебя, Сэм, - сказал я, мой голос стал твердым, так как я изо всех сил, старался не взорваться. — Я сообщаю тебе, ясно?
Он сделал паузу, несомненно, удивленный тем, что кто-то так открыто оспаривает его авторитет.
— Ты понимаешь, что ты говоришь? - сказал он. — Что, возможно, ты отказываешься от своей нынешней должности? Ты хочешь этого?
— На самом деле, у меня нет выбора, - сказал я. — "Речь идет о моих родителях, а не о какой-то чертовой больной собаке.
— И что мы должны делать, пока тебя нет? Кто должен тебя прикрывать?
— Это не моя проблема.
— Это точно, черт возьми, твоя проблема, Коллинз. Это твой отдел. Ты за него отвечаешь.
— И что я должен? - взорвался я. — Просто сказать: "Эй, извините, мама и папа. Ничем не могу помочь. Надеюсь, вы не потеряете все и вся. Обязательно напишите на Рождество". Да, и маме? "Выздоравливай, милая". А? Это то, что, по-твоему, я должен сделать?
— Мне совершенно наплевать, что ты сделаешь, Коллинз, - огрызнулся он, его голос стал жестче. — Я просто говорю, что это не моя проблема. Не проблема "McDaniels Smyth". Понял?
— Громко и чертовски ясно, Сэм, - сказал я, даже не успев подумать об этом. — И облигации сейчас, тоже не моя проблема.
— Что это значит? - потребовал он.
Я задумался на мгновение, прежде чем ответить. Эти ублюдки, уже проделали долгий путь к разрушению моего брака - с большой помощью Кристин и меня. Они требовали часы, за которые рабы взбунтовались бы, в погоне за всемогущим долларом. Теперь они хотели, чтобы я просто бросил единственную семью, которая у меня осталась?
— Это означает две вещи, Сэм, - сказал я. — Во-первых, это значит, что я ухожу в отставку. Немедленно.
Я услышал, как он затаил дыхание, а затем взял себя в руки.
Вера Александровна