один - долдонить "продолжай", со всей возможной уверенностью в голосе.
— Много ты знаешь про свои способности! Всё у тебя есть! Нужно только...
— Что?.. - она вскинула голову и я опять ничего не смог с собой сделать:
— Не думать слишком много. Отпустить себя. Просто заниматься. И всё получится! Пусть не сразу, но обязательно получится...
— Я не умею!.. Ну вот такая я!.. - с неожиданным отчаянием перебила Валя и закрыла лицо ладонями. Из-под которых сдавленно донеслось:
— Простите... Я не хотела... Я думала... Вы такой опытный, такой... талантливый и знаете всё... Думала - вдруг вы знаете... способ. Упражнение какое-нибудь...
— Упражнение?..
— Ну, вдруг есть какое-нибудь... Которое вы никому не показывали?.. - её невероятные, глубоко-серые как озёра зимой, глаза будто придвинулись, хотя она всё так же сидела на стуле.
— Я никому не скажу! Я буду дома... Дома заниматься! Вы же столько всего знаете... И танцуете лучше всех!.. - эти безыскусные комплименты проникали в моё подсознание легко, без преград. Распахнутые, чуть покрасневшие глаза, раскрывшийся ротик, губы, розовые той неповторимой нежной розовизной, которая бывает только в юности, беспредельная вера в меня - в полной прострации я любовался настоящей Валентиной... Живой, открытой, невероятно милой в своей доверчивости, совсем непохожей на ту, какой я привык видеть её на занятиях.
— Пожалуста! Ну пожалуста!!.. Я всё буду делать!.. Всё, что скажете!.. Помогите мне... - прошептала она сквозь опять набухающие влагой ресницы.
Ммда. Вот здесь бы мне и потребовать, чтобы она доверяла мне как профессионалу, чтобы ходила на занятия и не забивала себе голову ерундой, а в конце учебного года сравнила то, что было, с тем, что стало. Но слишком поздно - мной, незаметно для меня самого, руководили уже совсем не логика и опыт...
— Валя. Послушай. Если ты будешь заниматься сама - это хорошо, очень хорошо. Но на занятия всё равно нужно ходить - и научишься ты быстрее, потому что там есть я, и я смогу поправить и подсказать. Понимаешь? А сама, без присмотра, ты только выучишь неправильно.
— Да.. Я понимаю... Только, когда я в зале... Я совсем ничего не понимаю... Мне кажется, что все они только и смотрят, и смеются надо мной про себя... Я не хочу быть лузером!.. - почти выкрикнула она, и я опять не смог подумать мозгом, настолько поглощён был видом вспышки Валиных эмоций.
Словно сама испугавшись своего порыва, она тут же съёжилась, и уже тихо, с мольбой, прошептала:
— Не могу я... когда они смотрят.
— Ну не могу же я заниматься с тобой индивидуально!
Всё. Я это произнёс. И осознание, что слова уже сказаны, по какой-то извращённой логике избавило меня от чувства ответственности за происходящее...
— А... Если, хотя бы, по чуть-чуть?.. По несколько минуток... После занятий?.. - Валя сжала ладошки перед грудью, и вся подалась вперёд и вниз, так что мне показалось, что она вот-вот сползёт со стула на пол. На колени. В этот момент мне вдруг стало жизненно необходимо не дать ей этого сделать:
Несколько дней Вадима Петровича. Глава 1